У нее было такое потрясенное выражение лица, как будто ее тоже ударили по лицу. Она невольно провела рукой по лбу.
— Я прошу невозможного? — спросил он.
Она медленно покачала головой.
— Тогда чего же ты ждешь? Он сейчас в доме.
Она не двинулась с места. В ее выражении были одновременно вызов и страх.
— Сара, послушай меня, — голос Джереми стал тише и мягче, но глаза его были как кремень. Они приказывали, в то время как слова лишь предлагали. — Все говорят об этих посещениях Барвелла. Эндрю не может долго оставаться слепым и глухим.
Губы ее дрожали, она сжимала руки, чтобы успокоиться, унять волнение.
— Джереми, — проговорила она, — ты вернешься со мной в дом. Я сейчас схожу за плащом.
— Что ты собираешься сделать, Сара?
— Сделать? Ну… — она помолчала, облизнув губы. — Ее ли он все еще ждет, я ему скажу… скажу именно то, что ты велел мне.
Сара вошла в гостиную и застала Ричарда стоящим у камина. Одной ногой в элегантном сапоге для верховой езды он опирался на низкую скамеечку. Он повернулся к ней и выпрямился.
Она закрыла дверь и стояла, прижавшись к ней спиной На улице был ливень. Он глухо барабанил по крыше веранды; за окнами недоделанная лужайка казалась темным морем грязи, поверхность которого рябило от дождевых капель. В конце запланированного сада, там где начинался спуск, десятки маленьких ручейков проделали себе русла. Эвкалипты под темными небесами утратили свои краски и казались грязно-зеленой массой.
Все это Сара увидела, стоя спиной к двери, и поняла, что это все каким-то необъяснимым образом гармонирует со свободной небрежной позой Ричарда, на лице которого было непривычно серьезное выражение. Он направился к ней, протягивая руку. Она приняла ее и позволила ему проводить себя к камину. Он нежно расстегнул пряжку ее плаща, снял его с плеч и перебросил через спинку стула. Он все еще некрепко сжимал ее пальцы, потом потянулся за другой рукой и сжал их в своих.
— Ты замерзла, Сара. И волосы твои промокли. Ты похожа на девочку. Помнишь, как?..
Она тряхнула головой.
— Молчи, Ричард, — больше ни слова! Сейчас не время вспоминать, как и что мы когда-то делали. — Она отдернула руки. — Не время сжимать мои руки и мечтать о том времени, когда это было возможно. Все это давно кончилось.
— Сара… — он неуверенно нахмурился. — Хоть на то краткое время, что мы вместе, мы могли бы притвориться…
— Притвориться? Какой в этом толк, если мы оба знаем, что притворству должен прийти конец?
— Разве обязательно должен? — спросил он тихо.
Без колебаний она сказала:
— Конец уже пришел, Ричард. Притворство никогда не продолжается долго. Мне следовало помнить об этом — только на этот раз его прекратили, не дав ему даже начаться.
— Кто прекратил?
— Острые глаза, болтливые языки. Я предупреждала тебя, что Сидней всего лишь большая деревня. Здесь все друг за другом следят… ежедневно… неустанно. Так легко сосчитать, сколько раз ты здесь был, а потом приукрасить. О нас уже сплетничают. Скоро это дойдет до Эндрю… и Элисон.
Его глаза подозрительно сузились.
— С кем ты говорила, Сара? Кто вбил это тебе в голову?
Ей было непросто последовать совету Джереми — отправить Ричарда прочь и сказать почему. Она пожала плечами, как будто объяснить это все очень просто.
— Разве это так важно! Я бы сама заметила эти сплетни, если бы не была временно ослеплена.
— Сара, скажи мне! — потребовал он. — Кто это сказал?
— Джереми Хоган, если тебе непременно нужно знать, — сказала она. — Я только что виделась с ним.
— Джереми Хоган? А кто такой этот Джереми Хоган, что ему жалована честь так разговаривать с тобой? Она предостерегающе подняла руку.
— Тише, Ричард! Ты не должен так кричать! Я не Элисон, чтобы на меня кричать или чтобы принимать близко к сердцу твои настроения.
Он сжал губы.
— Я хочу знать, кто этот Джереми Хоган. Кто он такой?
— Ну, — сказана она терпеливо, — Джереми Хоган политзаключенный…
— Ссыльный?!
— Это ты называешь его ссыльным, а для Эндрю и для меня он как брат, как друг — и он управляющий в Кинтайре. До сих пор я безоговорочно доверяла ему. И когда он приходит ко мне и сообщает, что о нас говорят, Ричард, то я и в этом вполне доверяю ему.
Он посмотрел на нее, нахмурившись, как рассерженный ребенок.
— Как же вы иногда глупы — ты и твой Эндрю. Этот Хоган какой-то чертов ссыльный, которому вы оба потакаете и льстите, пока он не вообразил себя божеством. И ты слушаешь его совета, да? Ты мне заявляешь, что между нами все кончено, потому что подобный наглый выскочка велит тебе это сделать?
Саре так захотелось в этот момент разгладить его сердитые морщинки, поцеловать его и сказать, что она совсем не имела в виду того, что сказала. Но она подумала о Джереми и поняла, что боится сцены, которую он может устроить Ричарду, если она расскажет ему, что не выполнила его приказания.
Она слегка отстранилась.
