Сарсет полностью

Немного смягчив ему падение, уложила его голову к себе на колени и с ужасом наблюдала, как его светлая одежда стремительно окрашивалась в алый цвет. Быстро переместившись в сторону, я зажала его рану на животе в тщетной попытке остановить кровотечение.

– Пожалуйста, нет, – прошептала я, не в силах сдерживать слезы, которые тут же полились по щекам. – Говори со мной.

Мои дрожащие руки скользили по его одежде из-за обилия крови, но я не собиралась сдаваться и продолжала упрямо зажимать рану.

– Не плачь, – я встретилась с любящим взглядом, от которого сжималось сердце.

– Хорошо, – всхлипнула я. – Ты только не закрывай глаза.

Раздался странный звук, я испуганно огляделась по сторонам и увидела, как Марк поднимает торжествующий взгляд со своих рук на меня.

Я почувствовала, как напряглись сильные мышцы под моими руками – мужчина заметил ужас на моем лице – а следом произошли сразу несколько событий.

Марк перешел в наступление и с практически животным рыком кинулся в нашу сторону.

Руки моего спасителя резко поднялись, формируя непонятный голубой сгусток между ладонями, и тот уже через долю секунды полетел в Марка, который не успел увернуться и мгновенно упал на землю, не подавая больше никаких признаков жизни.

Вновь переведя взгляд на незнакомца, услышала тихое «я тебя люблю», прежде чем мир погрузился в темноту.

Из темноты меня возвращает в реальность собственный крик.

Нет, нет, нет. Он не умрет! Мне надо… я должна ему помочь!

Мысли путаются, и меня всю трясет, пока я испуганно верчу головой, пытаясь понять, где нахожусь. Требуется еще несколько минут на осознание, что это был лишь сон.

– Черт бы их побрал, эти сны, – прошипела я, откидываясь обратно на подушку.

Часы на прикроватной тумбочке настаивали, что еще нет и семи утра, но у меня не было никакого желания снова оказаться в том же кошмаре.

Как только сознание окончательно прояснилось, я отправилась в душ, где провела не меньше получаса, смывая холодный пот и остатки худшего в моей жизни сна.

Натягивая джинсы и белую футболку, я недовольно рассматривала себя в зеркале. На впалых щеках отсутствовал даже намек на румянец, под потухшими зелеными глазами залегли тени, а джинсы сидели свободнее, чем предполагалось производителем – кажется, последний нормальный прием пищи случился несколько дней назад.

Как закономерный итог всех нервных потрясений – и без того бледная кожа вовсе утратила последние краски, из-за чего синяк на запястье выглядел совсем плачевно и напоминал клеймо с четким отпечатком чужих пальцев, которое стало символом моей летящей в преисподнюю жизни.

Чем дольше я смотрела на него, тем сильнее злилась – на себя, на Марка, на свою жизнь и весь мир. Резко подхватив дорожную сумку, которую так и не разобрала вчера, вытряхнула из нее всю одежду, схватила тонкий кардиган и быстро надела его, натянув рукава до самых пальцев.

Все вокруг напоминало о прошлом вечере и моем страхе, когда Марк на меня набросился. И, словно мне было мало проблем, ко всему добавились треклятые сны, которые никак не удавалось выбросить из головы или хотя бы объяснить, откуда они взялись. Неужели это такая реакция на стресс?

Находиться в комнате стало невыносимо. Сжимая в руке свой телефон, я тихо прокралась мимо спящего на диване Марка и вышла из дома.

Утро для конца мая выдалось прохладным. Вдохнув свежий весенний воздух и прекрасный аромат свежескошенной травы, я запахнула кардиган и медленно зашагала в сторону хозяйского дома.