А полгода назад мать умерла. Двадцатитрехлетняя Джейн осталась полноправной хозяйкой пятисот фунтов годового дохода и особняка на соборном подворье, с кухаркой, горничной, парой лошадей на конюшне и приятным соседством. Замуж она выходить по-прежнему отказывалась. Впрочем, сейчас ей следовало обзавестись компаньонкой – правила приличия не позволяли незамужней даме жить в одиночестве. Работу свою Джейн любила, но для полного счастья ей чего-то не хватало.
Почему она с таким восторгом перечитывала письма из дальних краев? Зачем от корки до корки читала газеты, хотя ее подруги предпочитали вышивку и шитье? Ради чего она хотела обо всем иметь свое мнение?
– Мнения пускай мужчины выражают, женская доля – молчать и слушать, – говорила мать.
– А мне очень хочется посвятить себя какому-нибудь благому делу, – отвечала Джейн.
– Вот и займись благотворительностью.
В то время в Солсбери было немало благотворительных заведений: Коллегия матрон на соборном подворье, богадельня Эйров, странноприимный дом Хасси, дом призрения Блечинденов, – которым покровительствовали все уважаемые жительницы Солсбери.
– Нет, это все не то… – вздыхала Джейн.
– А чем же еще заняться в Саруме? – удивлялась мать. – Да и с какой стати?
Джейн не знала, что ей ответить.
После смерти матери Джейн подумывала уехать к брату в Индию… или лучше к дядюшке-миссионеру? Впрочем, от поездки в Африку ее все отговаривали.
А теперь у Джейн появился новый кумир – Флоренс Найтингейл.
На тумбочке у постели Джейн лежали два томика стихов: поэмы Уильяма Вордсворта и сонеты Элизабет Баррет-Браунинг.
Все сонеты Джейн помнила наизусть, равно как и романтическую историю замужества поэтессы – эпистолярное знакомство с поэтом Робертом Браунингом, тайное венчание, бегство в Италию…
«Ах, если бы меня кто-нибудь отсюда тайно похитил!» – со смехом признавалась себе Джейн.
Утреннее солнце согревало древние камни собора; на лужайке певчих с деревьев облетала листва. На первом этаже особняка деловито сновала горничная Лиззи.
Джейн сладко потянулась – вставать не хотелось, но придется. Надо принять решение, пока не прошел запал. Что делать? Поехать в Лондон? Поездом? А когда? Ох, как же все сложно…
Лиззи постучала в дверь, внесла в спальню поднос с почтой.
Джейн, не дожидаясь, пока за горничной закроется дверь, торопливо вскрыла послание брата из Индии.
Дальше Джейн читать пока не стала. Милый Бернард! Старший брат, вот уже десять лет живший в Индии, всегда присылал обстоятельные послания, полные рассказов о делах и политике. Но сейчас ей письма читать некогда, надо побыстрее принять решение…
