Склонив голову на грудь, генерал Ким вдруг захрапел. Белое вино его свалило. Тийсан, сидевшая рядом с ним, сразу же поудобней устроила его на подушках. Та девушка, что была рядом с Малко, сделала то же самое. Ей невозможно было объяснить, что он не хочет отдыхать: она не понимала по-английски. Кореянка развязала ему галстук, расстегнула рубашку, устроилась, сев верхом ему на живот, и стала энергично делать ему массаж...
Сначала она массировала ему плечи. Потом грудь. Это было бы совершенно невинно, если бы Малко не почувствовал, как одновременно она слегка о него трется.
Расположившись на подушках, генерал Ким уже не интересовался ничем. Встретившись взглядом с кореянкой, Малко прочитал в нем шаловливое соучастие. Хотя, запрятанной в платье, в ней не было ничего сексапильного. Руки у Малко были свободны, и он скользнул ими под шелк платья. Девушка продолжала его массировать. Даже когда он коснулся ее голых ног и ничем не защищенного живота...
Повернув голову, она обратилась к своей подруге, охранявшей сон генерала. Малко уже ласкал ее под платьем, но она с невозмутимым видом этого, казалось, не замечала.
Ее подруга села рядом на колени и, почтительно поклонившись, коснулась губами его груди. Ее острый язычок с дьявольской ловкостью принялся щекотать его соски, а руками в это время она стала снимать с него брюки. Слышалось только шуршание шелка и смешки.
Это было божественно.
Малко бросил взгляд на своего соседа: генерал Ким храпел.
Вдруг «массажистка» слегка привстала и он почувствовал, как она осторожно приняла его. Нельзя было даже сказать, что она занималась любовью, настолько она была невесома. Сидя на коленях, она поднималась и опускалась, сжимая внутренние мышцы.
Это была гимнастика мужского удовольствия, которое постепенно нарастало. Когда же кореянка вырвала у Малко крик, она, спокойно сраженная, резко упала на него. Ее подруга продолжала пощипывать Малко грудь.
Дождавшись, когда он успокоится, «массажистка» взяла маленькое полотенце и привела Малко в порядок.
Когда он встал, у него был совершенно пристойный вид, а накрашенное лицо его жрицы не выражало никакого волнения. Она слегка поклонилась ему, а ее подруга осторожно стала будить генерала Кима. Тот, проснувшись, фыркнул, расхохотался и сказал:
— Я чуть-чуть вздремнул, а? Вина многовато, а?..
Девушки помогли ему встать и одеться с всяческими признаками самого большого почтения. Они обули обоих мужчин и низко поклонились, перед тем как исчезнуть.
Генерал Ким мысленно воспроизвел картину, бросив на Малко неопределенный, дружеский взгляд. Тот воспользовался:
— Почему вы захотели со мной поужинать?
Кореец подавил икоту и наклонился вперед:
— В моем кабинете нас могли бы подслушать. Это было бы неосторожно.
— У вас есть для меня что-нибудь важное?
Ким утвердительно кивнул головой.
— Да. Но это не так легко сказать. Дело в том, что я получил указания...
— Насчет чего?
— Насчет этого дела.
— Что от вас требуют?
Генерал немного неестественно захохотал.
— Ничего, ничего, правда!
Малко потребовалось несколько секунд, чтобы разобраться.
— Вы хотите сказать, что корейское ЦРУ не хочет ликвидировать эту сеть?
— В некотором смысле, да.
— Но почему?
Снова раздался смех. Но на самом деле не очень веселый.
— Президент Ро Дэ У не очень-то дружит с моим начальством. Он им совсем не нравится.
Восемь месяцев назад Корея сменила серию военных диктатур на одного президента — генерала Ро Дэ У, избранного демократическим путем. За ним признают уверенность во взглядах и реальное желание ослабить власть корейского ЦРУ, до этого времени государства в государстве.
Генерал Ким на какой-то момент закрыл глаза, а потом встал.
— Забудьте все, что я вам сказал, а... У меня могут быть проблемы. Я должен сохранять верность своей стране.
Он открыл дверь: шофер был здесь. Они втроем спустились к стоянке. Малко был поражен. Ради туманного вопроса внутренней политики корейское ЦРУ развязывало руки смертельным врагам.
Это многое объясняло. Он торопился ввести в курс дела Коттера. Именно для этого генерал Ким все и рассказал.
— Эти типы — самоубийцы, — ворчал Майкл Коттер. — И генерал Ро Дэ У — кретин! Тридцать лет корейское ЦРУ защищает эту страну. Я не думал, что они так далеко зайдут. Генералу Киму можно верить, он не рассказывает сказок.
Над Сеулом стоял легкий туман, он постепенно рассеивался и открывал горы и телебашню на холме Намсан. Малко и Коттер завтракали на пятнадцатом этаже «Силлы».
— Будем работать сами с тем, что у нас есть, — сказал американец. — Сторонники бывшего президента Чона, которых полно в корейском ЦРУ, были бы счастливы, если бы на Олимпийских играх совершили хоть одну акцию. Тогда они могли бы указать пальцем новому правительству.
— Советские тоже участвуют в играх, — заметил Малко, — ведь северокорейцы их союзники.
