Как мы видели ранее, слова «Сатана» и «Дьявол» в Новом Завете являются равноценными, взаимозаменяемыми именами собственными Сатаны. В древнееврейской же Библии «сатана», а в Септуагинте «сатана» и «дьявол» являются именами нарицательными. Теперь, когда Сатана идентифицирован как князь демонов, а демоны, соответственно, идентифицированы как ангелы того же уровня, что и Сатана, в качестве следующего логического шага следовало бы говорить о «сатанах» или «дьяволах» во множественном числе.
Хорошо, однако редко можно встретить где-либо слово «сатаны», хотя форма «дьяволы» периодически встречается, в том числе у св. Иеронима (см. его комментарий к Осии, 1.13; PL 25:835С). Большинство из нас знакомы с текстом Библии Короля Якова и другими стандартными английскими переводами, где сказано, что Иисус изгоняет именно «дьяволов» («Devils», а не «демонов», «Demons»). Этот вариант является стандартным и для некоторых других языков; в частности, мы встречаем его в немецкой Библии Лютера.
Из вышеизложенного вытекает следующий логический шаг — назвать Сатану одним из демонов (a Demon) или даже «тем самым демоном» («the Demon»). Во многих языках это и произошло, то есть Сатану гораздо чаще называют the Demon, чем the Devil, — например, в испанском (el Demonio), французском (le Demon), итальянском (il Demone, il Demonio). Подобный вариант встречается даже в немецком языке, но не в английском.
Никто не знает о Библии больше, чем св. Иероним. Рассмотрим, как он трактует пассаж о Люцифере в своём комментарии на Книгу пророка Исаии. Сначала он даёт латинский перевод древнееврейского текста (14:12):
древнееврейский: «Как упал ты с неба, о Люцифер, восставший на рассвете! Ты ударился о землю и разбился, ты, попиравший народы!»
Затем он цитирует Септуагинту:
греческий: «Как Люцифер упал с неба, восставший на рассвете!
Он разбился о землю, тот, кто ранее попирал все народы!»
Далее следует комментарий Иеронима:
«Аквила Понтик [христианский переводчик Ветхого Завета во II веке] переводил древнееврейское
Он — Князь Мира, восставший на рассвете вместе с другими Звёздами, из-за своего зла превратившийся из Утренней Звезды (Lucifer) в Вечернюю (Vesper), не Восходящую, но Заходящую. Он попирал народы, посылая к ним своих приспешников, чтобы обмануть их и подвергнуть искушению при помощи своих лживых уловок. Они — апостолы лжи, обманщики... сеющие сорную траву среди доброго семени... Но Израиль... обращает эти слова к Дьяволу или, в тексте Септуагинты, — описывает Дьявола, — то есть используя третье лицо, а не второе».
Вот что говорит Иероним о падении Люцифера в 6-й книге своих комментариев к Книге пророка Исаии, где он осуществляет «анагогическое», или духовное, толкование. В 5-й книге он рассматривает буквальный смысл текста как адресованный царю Вавилонскому.
Вспомним великое сражение между Сатаной в облике Большого Красного Дракона и Михаилом в Откровении Иоанна Богослова (12). Не совпадает ли его описание с описанием битвы между Люцифером и Fulgur (Молнией)? Возможно, не совсем. Но в конечном счёте Иероним не мог игнорировать тот факт, что эта битва состоится в будущем или, возможно, уже состоялась в недавнем прошлом или настоящем.
