В этой вере не было, однако, ничего от слепого фатализма; в ней была трезвая убежденность, что история должна быть на стороне социалистического устройства общества, потому что будущее — за социализмом.
Мужественный, гневный, обличительный смех советского человека над врагом уже сам по себе означал моральную победу. Авторы таких шуток, большей частью безымянные, как отмечала газета Брянского фронта «На разгром врага», «метко, остроумно и зло издеваются над немецко-фашистскими вояками и их главарями. Так могут смеяться, — подчеркивала газета, — только уверенные в своих силах бойцы и любящие жизнь
Эта подлинно народная сатира и питала своими живительными соками творчество профессиональных литераторов, а также художников-карикатуристов; некоторые работы их, также появившиеся на страницах «Крокодила» в годы войны, представлены в данной книжке.
Шутки, анекдоты, репризы, частушки, басни, диалоги, афоризмы, поговорки, публиковавшиеся в сатирических разделах фронтовой печати, дружно соседствовали с произведениями редакционных писателей и поэтов. Старший батальонный комиссар В. Синагов писал в своих воспоминаниях:
«Большой популярностью на нашем фронте пользовался «казак Иван Гвоздев». Он стал любимцем бойцов. Писателю Палийчуку, сотрудничавшему в нашей газете, удалось воплотить а своем гepoe образ отважного, удалого воина, страстного агитатора и весельчака-затейника… Как то бойцы прислали в редакцию письмо Борису Палийчуку: «Многоуважаемый поэт! С большим интересом бойцы и командиры нашей части читают ваши стихотворения. Когда принесут газету «Красная Армия», бойцы сейчас же просят: «Прочтите, что там Боря пишет» Труд ваш пользуется общим уважением. Ваши строчки служат не только для развлечения… они учат любить и ненавидеть, учат, как надо жить и, если нужно, геройски умереть во славу Родины». Таких писем мы получали немало…»
Лучшие из самодеятельных миниатюр перепечатывались в «Крокодиле» под постоянной рубрикой «Метким ударом (по столбцам фронтовой печати)» — и тоже, конечно, на равных правах с сатирой маститых литераторов.
Но и под фельетонами, рассказами, стихами маститых в журнале нередко значилось: «Действующая армия», «Юго-Западный фронт», «Северный флот»… Литераторам, работавшим в дивизионных, армейских, фронтовых газетах и журналах (да, были на фронте и сатирические журналы!), приходилось воевать не только пером, но и штыком. В этой ежедневной кровной причастности к всенародной страде, какою была война, — истоки разящей наповал, испепеляющей ненависти к нацистскому варварству, грозно звучавшей в сатире тех незабываемых лет.
Проходят годы и десятилетия, уходят ветераны… Многих из авторов этого сборника мы уже не найдем в справочнике членов Союза писателей СССР. Но страстное, отточенное слово их помогает нам и сегодня, через 40 лет после Великой Победы, вести по врагам мира и социализма прицельный сатирический огонь.
В XII столетии Чингисхан прошел как смерч по земле.
Когда он брал города, он не оставлял камня на камне.
Историки пишут, что груда мусора оставалась там, где были цветущие города и поселения.
Мужчин поголовно истребляли. Женщин насиловали и уводили в плен, а детям разбивали головы о камни.
И когда я в юности читал эти строчки, мне делалось скучно и совестно, что это так было в истории людей.
Но я с облегчением вздыхал. Думал: это ж далекое прошлое. Заря человеческой жизни. Грубость нравов. Отсутствие культуры и цивилизации. Все это, я думал, прошло безвозвратно и больше никогда не повторится.
Но снова мусор от разрушенных городов, снова груды убитых детей, снова непомерная жестокость и лютая ненависть: фашистская армия повторяет то, что было восемь веков назад.
Вот великолепный самолет распластал свои крылья в поле. Изумительный самолет — детище современной техники — готов в далекий путь. Рядом с самолетом стоит летчик. На рукаве его куртки сатанинская свастика.
Может быть, этот летчик, я извиняюсь, летит в научную экспедицию?
Может быть, он держит курс в Арктику — изучать магнитные отклонения?
