Но что я говорю об актерах, когда Аппий Клавдий, муж-триумфатор, который вплоть до.старости был [жрецом]-салием, заслужил славу [за то], что лучше всего приплясывал среди [своих] товарищей-[жрецов]? (15) И прежде чем я отойду от [рассказа о] пляске, я добавлю, что в одно и то же время у трех знатнейших граждан было не только влечение к пляске, но также, если угодно богам, [была] сноровка [в танцах], которой они гордились, [а именно] - у бывшего консула Габиния, недруга Цицерона, потому что Цицерон еще и открыто возражал ему; и у Марка Целия, мужа, замеченного в беспорядках, которого защищал тот же [самый] Цицерон; {28} и у Лициния Красса, сына того Красса, который был убит в Парфии.
{28 См.: Там же. Т. 2. С. 155-180.}
(15 , 1) Однако [о том], что [пора] перейти от [рассказа о] пляске к [рассказу об] излишестве морских припасов, мне напомнило имя [семьи] Лици - ниев, о которых достаточно известно, что они были прозваны Муренами, потому что восхищались этой рыбой. (2) Это мнение разделяет Марк Варрон, утверждая, что Лицинии [были] названы Муренами таким же образом, каким был прозван "Ората" [Гай] Сергий, потому что самыми любимыми у него были рыбы, которых называют аураты. (3) [Это] - тот [Гай] Сергий Ората, который первым имел бани с душем, первым устроил устричные отмели в Байях. первым присудил наилучшие вкусовые качества лукринским устрицам. Был же он из поколения того красноречивого Луция Красса, который, [о чем] извещает также и Цицерон, слыл довльно суровым и мрачным [человеком].
(4) И, однако, этот Красе, муж - цензорий - ведь он был цензором вместе с Гнеем Домицием, так как считался красноречивым больше других и был первым среди славнейших людей, - однако и он, одетый в черное, оплакал, как дочь, мертвую мурену в пруду своего дома. (5) И это не осталось незамеченным, ибо [его] товарищ в сенате Домиций предъявил ему [обинение за] это как безобразное преступление. И Красе не устыдился это признать, но сверх того цензор даже похвалился, если только [подобное] угодно богам, заявляя, что он совершил благочестивейшее и душевное дело.
(6) Пруды же, весьма наполненные ценнейшими рыбами, держали те римские благороднейшие принцепсы, Лукулл Филипп и Гортензий, которых Цицерон называет рыбозаводчиками. Еще и такое есть сообщение, которое Марк Варрон приводит в книге о сельском хозяйстве, [что] Марк Катон (который потом погиб в Утике), так как по завещанию Лукулла был оставлен наследником, продал рыб из его пруда за сорок тысяч [?сестерциев].
(7) А мурен для прудов нашего города доставляли из самого Сицилийского пролива, который отделяет Регий от Мессены. Ибо уверяют, что там благодаря богатствам [пролива] находятся, Геркулес свидетель, как [самые лучшие] угри, так и наилучшие [мурены]. И те и другие [рыбы] из этого места по-гречески называются "плоты", [а] по-латински - "флуты", потому что они, плавая на поверхности {29} при высоко стоящем солнце, нагретые, перестают извиваться и нырять в воду, и таким образом становятся легкой добычей. (8) И если бы я захотел перечислить, сколь многие и великие сочинители прославляли мурен из Сицилийского пролива, [это] пришлось бы делать долго. Но я [все же] привел бы [то], что Марк Варрон сказал в книге, которая называется "Галл, или Об удивительном": "Папирий говорит, что в Сицилии мурен-флут также ловят рукой, потому что они из-за [своей] тучности плавают в верхних слоях воды". (9) Это [рассказывает] Варрон. Но кто бы стал отрицать, что у тех, кто приобретал роскошные дары столь далекого моря, была жадная и, как утверждает Цецилий, зубастая глотка?
{29 Здесь, по-видимому, греческому слову рлщфьт — плавающий (от рлющ — плавать) и латинскому слову fluto — плавать придается значение «плавать на поверхности».}
(10) И эта рыба, хотя и завезенная из чужих краев, не стала редкостью в Риме. Плиний является свидетелем, что диктатор Гай Цезарь, так как давал народу триумфальные обеды, взял по весу у Гавия Хиррия шесть тысяч мурен. Известно, что усадьба этого Хиррия, пусть и не обширная или просторная, [была] из-за [рыбных] садков, которые он держал, выставлена на продажу за четыре миллиона сестерциев.
(16 , 1) И красная рыба, которую для богатых вскармливают моря, не избежала пристрастий того века. И чтобы стало ясно, что имя этой рыбы встречалось [уже] во Вторую Пуническую войну, знайте, что ее упоминал Плавтот лица нахлебника в пьесе, которая называется "Баккария": {30}
{30 Васса (Ьаса) — ягода, плод, жемчужина. Тогда название комедии «Баккария» может означать «комедия о ягодах». О названиях комедий Плавта и их переводе на русский см.: История римской литературы. М., 1959. Т. 1. С. 65, примеч. 1.}
(2) Кто смертный есть, таким одаренный роком некогда.
Как ныне я, брюху кого несут столь лакомства?
Хоть рыба красная до этого в море вот пряталась,
Теперь я ее зубами, руками сам опять отправляю в убежище.
