– Это я о платье, – подтвердила женщина, будто прочитав мои мысли. – И о самой тебе. У моего сына хороший вкус, я одобряю. И я рада, что у него такая красивая и мудрая Истинная.
Брови взметнулись вверх. Сказать, что ее доброта и одобрение стали для меня неожиданностью – это ничего не сказать. Больше всего меня удивили ее слова. Истинная? Истинная демона?
В каком смысле Истинная? Настоящая? Опешив от сказанного госпожой Голдман, я застыла статуей, силясь переварить услышанное.
– Данита, ты хорошо держалась, – пэвновь заговорила Аманда, элегантно отставляя полу-пустой бокал на поднос остановившегося рядом официанта. – Мне искренне жаль, что тебе довелось испытать такое неудобство, причиненные Кайлом.
Госпожа Голдман словно не замечала моего ступора.
– Все в порядке, – отмерев, я смущённо опустила взгляд, не зная, куда деть руки, как правильнее будет вести себя и о чем с ней говорить. – Вы сказали "Истинная"?
– О, милая, ты не знаешь? – улыбка на губах госпожи Голдман стала шире. – Рик не хотел тебя пугать, хотя я уверяла его рассказать тебе правду. Да, ты Истинная пара моего сына.
– Истинная, – эхом отозвалась я, пытаясь переварить услышанное в голове. – Почему я? Как такое может быть? Почему…почему он боялся сказать?
– Дорогая, Аларик ещё долго бы не решился тебе сказать это, боясь напугать. Пока не удостоверился бы в твоих чувствах. Поэтому, я немного ускорила приближение неминуемого разговора. Поговори об этом с ним с глазу на глаз.
Я заставила себя кивнуть.
Я – И стинная. Истинная демона, сына одного из пяти влиятельных семей нашего государства. Нервно улыбнувшись, я спрятала взгляд в мраморном полу.
– Давай присядем, Данита, – ласково произнесла мама Рика, элегантным поворотом и наклоном головы указывая направление в конец зала, где стояли софы.
Да, я до безумия волновалась. Даже больше, чем при танце с Кайлом. Только через пару минут мы с Амандой спокойно разговаривали, сидя на росписной винтажной софе. Я смогла расслабиться рядом с ней и даже не заметить, в какой момент мне стало комфортно. Но слова об Истинной не покидали мою голову.
– Их сила велика, и с достижением каждого члена пентаграммы двадцати трёх лет, она усиливается в тысячи раз. Их общая сила возрастает только после ритуала Восхождения, – рассказывала женщина, бегло и незначительно пробегаясь по гостям глазами.
Я лишь слушала.
– Их сила, как наркотик. Нужно уметь дозировать свою ее и контролировать. Достаточно одного порыва ветра и можно сломать человека ею. Когда ты понимаешь, и чувствуешь, на что ты способен, тебе хочется больше и больше…
– Знаешь, – вдруг улыбнулась госпожа Голдман, – я была примерно твоего возраста, когда встретила отца Аларика. Мы познакомились в Элитной Академии. Я была обычной адепткой, на пару курсов младше Майлза. Но узнала о его демонической крови только перед свадьбой.
– Почему так поздно?
– Раньше они скрывали это все очень хорошо, – улыбалась Аманда, – а теперь наши сыновья кичатся своим происхождением. Рик весь в отца. А Дрейк очень походит на своего… На Седрика . Такой же импульсивный и безрассудный. Представляешь, Седрик вначале за мной ухаживал, а потом мы уже с Майлзом сошлись.
Я усмехнулась. Видимо, у мужчин рода Балтассаре это в крови. Что ж, ее я прекрасно понимала, ибо оказалась в такой же ситуации… Дрейк, Рик… История повторяется? Или соревнование между их родами заложено с младенчества?
Глава 31
– Спасибо, что ты пришла сегодня, – прошептал куда-то в мою шею Рик, опаляя горячим дыханием нежную кожу. Отчего по телу пронёсся неровный строй мурашек.
Ритуал завершился. Мы стояли на открытой террасе. Здесь я завороженно наблюдала, как по всему телу Аларика тут и там вспыхивают черным цветом тонкие вены. Как маленькие локальные вспышки тьмы, вместо крови бежащей по нитям-венам. Это казалось жутким. Неестественным, и в то же время любопытным.
– Я хотела поддержать тебя, – отлипая от разглядывания темных нитей-вен на оголенном предплечье Рика, я отмерла. – Как всё прошло?
– Все так, как отцы готовили. Ритуал завершится после полуночи. Нужно подождать всего час, – заметив мой прилипший к его предплечью взгляд, он усмехнулся. – Любуешься?
– Жутко выглядит, – я коснулась подушечкой указательного пальца того места на шее Рика, где только что появилась вспышка тьмы и пульсировала черная тонкая венка. – Но красиво. Правда, красиво…
И я не лгала. Это была опасная красота. Завораживающая своим могуществом и скрытой силой. Да, последние несколько недель я с чистой совестью могла признаться даже сама себе, что я любовалась Алариком. Его острым умом, его силой, его уверенностью, что прослеживалась в каждом движении. Каждый сантиметр его совершенного мужественного лица вызывал у меня восхищение. Но больше всего меня покоряло его молчаливое беспокойство за меня и желание защитить.
– Что теперь будет?
– Ты от меня не отойдешь ни на шаг, пока мы не разберемся с Кайлом.
– Мы?
