– Наверное, чуть-чуть ты, а чуть-чуть он сам.
Олив вытерла слезы и села.
– Да, думаю, так и было, но больше все-таки виноват стул. Стульям ведь не положено падать, правильно?
– Пожалуй, что так.
– А нам нельзя остаться прямо тут, Нелл? Мы бы оставили кур и питались яичницей, а ты уже достаточно большая, чтобы присматривать за мной.
– Мне кажется, так нельзя, Олив. Для детей есть особые правила. За ними должен следить кто-нибудь взрослый.
– Ну ростом ты не ниже миссис Эванс, – заметила сестренка, которой, похоже, начинала нравиться эта идея.
– Не думаю, что рост играет здесь какую-то роль, Олив.
– Но в деревне-то нам позволят остаться?
– Думаю, да. Надеюсь. Наверное, это можно устроить, только нужно найти кого-нибудь, кто нас возьмет.
– Может, нам пройтись по деревне и поспрашивать?
– Это будет невежливо.
Олив скривилась:
– Не понимаю, что тут такого невежливого.
– Я не хочу, чтобы ты беспокоилась об этом, Олив. Уверена, все как-нибудь само сложится.
– Хотелось бы, черт возьми, – буркнула она.
– Олив! Я же просила не выражаться.
– Отчаянные времена требуют отчаянных мер, Нелл.
– Это от кого же ты такое услышала?
– От Эгги.
– А она от кого?
– Да кто ж ее знает!
Несмотря на печальные новости, я расхохоталась. Моя сестренка умела меня смешить.
Дядя Дилан написал епископу и спросил, нельзя ли отложить переезд в Кардифф до Рождества. Мы с тревогой ждали ответа и очень обрадовались, когда получили письмо, в котором говорилось, что до Нового года уезжать не придется. Морганам разрешили отметить Рождество с нами в Гленгарите.
Однажды тетя Бет позвала нас с Олив на кухню и протянула нам деньги.
– Я подумала, что вы, наверное, захотите купить каких-нибудь подарков друзьям и родным, – улыбнулась она.
– Боюсь, мама не хотела бы, чтобы мы брали у вас деньги, тетя Бет, – начала было я.
– Ну что ты, Нелл, она бы не стала возражать, – защебетала Олив, забирая деньги из рук тети Бет. – Спасибо вам огромное-преогромное, тетенька Тетя, мы вам с дяденькой Дядей тоже что-нибудь купим.
– Олив!
– Что?
– Нельзя просто так брать у других людей деньги.
– Тетенька Тетя не «другие люди», Нелл. Она… Ну, она тетенька Тетя.
– Пожалуйста, возьми, Нелл, – добавила тетя Бет.
– Похоже, Олив уже сделала это за меня, – усмехнулась я. – Спасибо вам огромное.
– Девочки, вы нас так радовали все это время, и теперь нам самим хочется сделать вам приятное.
Кроме мясной лавки, пекарни и почты в деревне был еще универсальный магазин, куда мы и отправились за подарками.
– Можно я куплю что-нибудь для Эгги, Нелл?
– Конечно, можно, а я хочу найти подарок Лотти. А тете с дядей подарим что-нибудь от нас двоих.
– А маме с папой, Фредди и Тони?
– Боюсь, на них нам уже не хватит денег, но мы можем отправить им красивую рождественскую открытку.
– Ладно.
Магазин принадлежал вдове по имени миссис Левеллин. Она знала обо всем, что происходило в деревне. Миссис Эванс говорила, что хозяйка магазина узнавала о смерти человека даже раньше, чем он сам. Еще она всегда знала прогноз погоды и как дела у нашей армии на войне – побеждаем мы или проигрываем.
– Как думаешь, она ведьма? – спросила Олив.
– Глупости, конечно, нет, – ответила я.
– А как тогда она может предсказывать погоду?
– А знаешь, что я думаю, Олив?
– Что?
– Что ничего она не может на самом деле.
Олив кивнула и состроила серьезную мордочку.
– Ну, чем бы дитя ни тешилось…
– Вот именно, – ухмыльнулась я.
Мы остановились посреди магазина, рассматривая товары на полках. Здесь было множество всяких рождественских украшений: елочные шары, птички из фетра, бумажные фонарики, но ничего по-настоящему примечательного.
– Могу сказать вам, что понравится жене священника, – раздался голос миссис Левеллин.
«Вот так неожиданность», – подумала я.
– Ей нравятся любовные романы. Чем больше розовых соплей, тем лучше. Чтобы сплошные дрожащие губы и взгляды, брошенные украдкой из-под ресниц. Знаете, там вечно что-то вроде: «Он опустил взгляд, неровное дыхание вырывалось из его губ».
Я не смела посмотреть на Олив.
– А кто его вырывал? – удивилась она. – И зачем вырывать дыхание? Это же не зубы.
– Вырастешь – поймешь, – ответила миссис Левеллин, наклонившись в поисках чего-то под прилавком. – Вот, я как раз дочитала эту книгу. Совсем как новая. Я ее сняла с полки и читала осторожно, даже еду на нее не роняла. Можете взять за полцены, пойдет?
– Думаю, да, – согласилась я.
– А о чем эта книга? – поинтересовалась Олив.
– Ну… – начала миссис Левеллин, облокотившись о прилавок, – это история о том, как красивый лорд влюбился в бедную служанку, но отец не дал ему позволения на ней жениться, поэтому он отказался от наследства и все же женился, и они поселились в скромной хижине на болоте. Но потом оказывается, что девушка вовсе не бедна, ее подменили в младенчестве, и на самом деле она высокородная леди.
– В смысле, высокого роста? – не поняла моя сестренка.
– Нет, она аристократка.
– И что, отец лорда вернул ему наследство? – спросила Олив, которая жадно ловила каждое слово миссис Левеллин.
– Вернул, и они жили долго и счастливо.
