Даже вопль «Сдаемся!» мне не остановил — я успел махнуть еще раз три рукой, пока до меня не дошло, что сопротивления уже никто не оказывает.
— Все посты сняты? — услышал я Горона.
— Все до единого.
— А машины?
— Вот, ведут охрану.
К кострам подобрались все, кто еще мог стоять на ногах. Наш маленький отряд ценой моего магического вмешательства устранил временную угрозу форту и Ничкам. Если наши подсчеты были верны, то примерно сорок бойцов было на земле, кого-то достали люди Горона, остальных имелось с десяток.
Кто заспанный, кто поцарапанный — все с виноватым видом и страхом на лице стояли перед нами. Молнии больше оказали на них психологический эффект.
— Кажется, у нас все получилось! — хлопнул в ладоши Горон. — Что ты хотел забрать отсюда? Мечи, копья? Палатки? Я не знаю, чего у тебя не хватает в городе.
— Я заберу их, — и я показал на стоявших людей.
— Их? — Горон обвел руками тех, кто еще мог стоять на ногах. — Зачем они тебе?
— Если позволишь, я поговорю с пленными и спрошу у них кое-что, — я отошел чуть в сторону от тех и от других.
— Ты шутишь, что ли?
— Нет, я серьезно намерен забрать этих доблестных воинов себе, — ответил я, даже голос сделав ниже. — И ты мне не помешаешь.
— Так я тогда могу оставить тебя наедине с ними? — скорчил гримасу Горон.
— Думаю, да. Если меня и пырнут, то буду сам виноват.
— Псих, — послышалось от солдат. — Туда тебе и дорога, если пырнут.
Я лишь тихо фыркнул, но все равно остался на безопасном расстоянии от бойцов Мордина. Костер меж нами тихо догорал.
— Готовы слушать? — спросил я.
— Твои ушли, — отозвалась охрана осадных орудий. — Значит, ты маг. И что нам помешает прикончить тебя. Пока ты здесь один?
— А за что же меня следует прикончить? — нахально спросил я.
— Нагле-е-ец! — протянули бойцы Мордина. — Ты перебил всех наших, а теперь?
— Проверьте любого из ваших, если только у него промеж лопаток не торчит стрела.
— Котонак! — коротко бросил тот, с кем я говорил. — Проверь. Любого, пораженного молнией. Думаешь, они действительно живы...
— Дышит! — негромко доложил Котонак.
— Я же говорил, — не без гордости ответил я.
— Хорошо, живые есть. Может быть, даже все, но что с того? Ты все равно наш враг! — и разговорчивый боец резво шагнул вперед.
— Не совсем, — поспешил успокоить я его ретивость. — Я не из Пакшена. И не принимаю участия в конфликте ваших городов. Но знаю, что он длится слишком долго. И потому предлагаю вам из него выйти. И могу забрать вас к себе — Рассвет не воюет.
— Как ты намерен это провернуть? — оживился Котонак. — Неужто ты целый отряд проведешь к себе? Как? И что это за Рассвет
— Не думаю, что это сложно. Мимо крепости мы вряд ли пройдем.
— А Рассвет?
— Позже расскажу. Небольшое поселение. Мирное. Но есть одно условие для вас.
— В рабов нас превратить решил, щенок? — процедил еще один?
— Потише, — остановил его Котонак. — Не стоит грубить. Возможно, предложение дельное.
— Условие, — повторил я. — Мирное существование с любыми другими жителями Рассвета. У меня там живут из разных городов. Вероятно, как-то по именам, речи или поведению, вас выделят. Но мир нам — мир вам.
— Так зачем ты нас вообще к себе тащишь?
— Предполагаю, что вы, как и большинство, попросту устали от войны, — сказал я. — Или вы хотите воевать еще? Говорят, что значительных результатов в сражениях так никто и не добивается. Есть вам смысл гибнуть дальше?
— А наши семьи будут считать нас мертвыми?? — крикнул Котонак.
— А у меня нет семьи. Только брат. И тот в отряде, — возразил другой боец. — Я бы пошел. Примешь?
— Конечно! — тут же ответил я.
— Ты серьезно Левероп?
— Серьезно-серьезно, — без особой жалости начал боец Мордина. — Сколько можно воевать?
— Мы могли бы взять форт! — зашипел Котонак. — Если бы не...
— Вы бы все равно его не взяли. И дальше вам не пройти. Альтернатив у вас... не очень много, на самом деле, — продолжил я. — Могу перечислить все, если пожелаете.
— Слушаем очень внимательно.
— Можно дождаться вашего подкрепления. Ничего хорошего не будет — разбитые отряды никому не нужны. И едва ли тут целая армия на подходе.
В ожидании ответа я подумал, что некоторые вопросы лучше не задавать. А что-то лучше и спросить. Тем не менее, ответ прозвучал:
— Допустим, не целая.
— То есть, помощи вам ждать особенно неоткуда. Смысл простоять у форта, а потом принимать участие в другой войне. Я могу еще сдать вас в форт пленными. Будете рабствовать — там сейчас рабочие руки за кусок хлеба нужны.
— А у тебя иначе будет?
— У меня вы строите собственные дома, с едой проблем нет. Заниматься можно чем угодно. Я уже не в первый раз рассказываю про это, но обычные мирные занятия. Водить телегу. Возить грузы. Рубить деревья или добывать — глину, песок, камень. Если вдруг каменотесы есть — я буду только рад. Но телеги и возничие мне нужны первее всего, — закончил я.
— Я ему верю! — уверенно выкрикнул Левероп. — Лично у меня эта война уже в печенках сидит! Где мой брат? Привели в чувство? Нет? Сейчас приведу.
