Когда мир «отвис», вернув в него шум ветра, звук боя и мычание трупов, любое присутствие божественной сущности исчезло. Словно он выдрал себя из забвения на короткий миг, познакомился со мной и вновь ушел в небытие, обретя первого последователя за долгие годы прозябания в пустоте. Надеюсь, так и останется, и в моей голове не поселится какой-то древний игровой чудик.
Мои друзья, ставшие всему свидетелями, не проронили ни слова с тех пор. Либо благоговейный ужас, либо полнейшее непонимание ситуации. А скорее всего и то, и другое вместе. Обсуждать будем потом — битва продолжается.
Когда костяной жрец пал после очередного круга телепортаций по секторам, разделяющие меня с командой барьеры были разрушены. Со звоном хрусталя они натянулись, задрожали, а вскоре разлетелись мелкими осколками, словно отделяла нас друг от друга витрина, а не плотное магическое нечто.
И последующие двадцать волн чудесным образом метаморфировали в нечто совсем иное, чем все, что происходило раньше. Исступление, адреналин, сражение на пределе возможностей — все это кануло в лету. Теперь я не прохожу испытание. Я тренируюсь на полигоне.
Мы сгруппировались на центральной плите, когда первые новые враги ворвались на арену после жреца. Это были летающие фантомы — бесплотные сущности, разносящие вокруг себя шлейф из темной магии. Но едва они попытались начать атаковать, мой вихрь клинка волной разрезал одного из них на две половины. Останки фантома растаяли в воздухе, а я ощутил прилив энергии. Мгновенный. Полное восстановление — здоровье, энергия, запас сил, все в зеленой зоне. Вместе со щитом протектора моя команда теперь… непобедима?
Руны на полу продолжали мерцать, гонг продолжал звучать, всего лишь подогревая мой интерес к происходящему. Я не чувствовал ни страха, ни напряжение. Чувство, что могу провести тут еще месяц. Враги больше не казались чем-то хоть сколь нибудь опасным. Они превратились в топливо, которое я радостно пожирал, превращая их жизни в свои.
Мне было по настоящему интересно, что сейчас происходит в умах моей команды. Они, очевидно, заметили перемены — и внешние проявления, и моя скачущая туда-сюда полоска здоровья и других показателей. Да и самого Нарганда, явившегося воочию, не заметить было невозможно. Но мы не говорили. Негласно решили — все потом. Да, сейчас объяснять было бы несподручно. Вместо болтовни, все заняли свои позиции. Работы у друзей стало куда как меньше. И даже сильнейшие удары врагов, которые чудом умудрялись прорываться через чью-либо защиту, мою или друзей, не несли угрозы — щит протектора все еще включен.
Еще волна. Снова рыцари смерти, почти такие же, что и раньше. Та еще головная боль. Была, по крайней мере. Без нужды постоянно переживать за то, как справятся мои союзники, сражение стало легкой прогулкой. Их массивные доспехи, пропитанные тьмой, больше не выглядели как непробиваемая броня. Я с легкостью крушил их, ощутив на собственной шкуре, что такое боевое исступление.
Нежить. Один удар — и вихрь энергии сносил сразу нескольких, разделяя тела на фрагменты. Каждый павший зомби, скелет, маг, гончая, рыцарь или еще какой черт добавляли мне сил. Сам воздух вокруг насыщался смертью, а я из него — жизнью. Я чувствовал себя не просто сильным, а неуязвимым.
Волны сменялись одна за другой. Восемьдесят третья, восемьдесят пятая, восемьдесят девятая. Каждая из них становилась все более изощренной, и была бы действительно проблемной. Но вышло как вышло. Маги-трупоеды, отравляющие и ослабляющие заклинаниями, вернее должны были, а на деле не успевали пошевелить и пальцем. Моя скорость, ловкость, активное прорицание работали в унисон. Каждое их движение, каждая попытка заклинания — я видел это и заранее пресекал в зародыше.
Юля, стоящая чуть поодаль, выглядела напряженной. Но уверенной. Ее копье мерцало светом, а каждое движение было достаточно точным, чтобы разить врагов одного за другим. Она больше не металась, как раньше, не боялась. Ее световые вспышки плавили нежить прежде, чем те успевали приблизиться. А Илья, наконец, задышал свободнее. Его почти разрушившийся щит раньше выдерживал удары, но теперь ему не приходилось концентрироваться только на этом. Вместо этого он, оценив изменившуюся обстановку на арене, постоянно провоцировал врагов на себя, подставляя группы тварей под мои удары. А я был клинком, который их карал.
К девяностой волне арена уже не вызывала того ужаса и напряжения, что раньше. Мы привыкли. Враги становились сильнее, их становилось больше, но… они теряли значимость. Прохождение испытания стало лишь вопросом времени. Мы двигались слаженно, молча. Все происходило в едином ритме, каждый член группы благодаря арене Нарганда понял, что и как он должен делать. Теперь точно можно сказать, что мы отлично сработались. Даже боссы, появляющиеся на каждой десятой волне, не могли нас остановить.
