Боец в сияющем доспехе уже разворачивался, его молот выискивал меня для нового удара. Ощутил какой-то укол дежавю. Я также бегал от бойца с большим молотком. И еще побегаю. Черт. Я отбросил наваждение, сконцентрировал энергию ветра в клинках.
Повернуться к нему спиной — шаг смертельно опасный. Потому на помощь друзьям я подоспеть сейчас не могу. Придется разобраться с ним, остальные подождут. Каждый мой шаг был рассчитан, каждый удар выверен до миллиметра. Я успел почувствовать слабость этого выскочки — его чрезмерная самоуверенность.
В логах мелькнуло уведомление, но я скрыл его в ту же секунду, чтобы не маячило. Сути не уловил. Вместо этого — ринулся вперед, на подходе выкинул пару волн ветра вперед, перекинул стихию на воду, и на безопасном расстоянии попытался сковать движения воина света.
Водяные хлысты обвили его за грудь и шею, я услышал треск лопающихся металлических пластин. Захват врезался глубоко в броню, сминая ее, оставляя глубокие борозды.
— Ты считаешь, что сможешь меня удержать? — громыхнул он, скорчил страшную рожу, и, окутанный вспышкой света, так напоминающей способности Юли, высвободился от захвата, развеяв мою способность!
— Неа. Я знаю. — выплюнул я и сделал обманный рывок влево, меняя стихию на лед. Его молот ушел в сторону, но это было не важно. Мне нужно было лишь безопасно войти в его ближний бой, и я это сделал.
Паладин попытался закрыться щитом, но я уже был позади. Один кинжал нашел щель между пластинами брони, второй последовал за ним, вскрывая его как консервную банку. Удар, еще один. Поддоспешник проминался как масло под горячим ножом. Энергия льда взвыла вокруг, проникая в его плоть и замедляя движения.
Сработало. Замерзать он стал изнутри, сначала быстро растеряв скорость, а вскоре и вовсе застыл. Здоровье удалось опустить до желтой зоны, навскидку до половины, а значит еще несколько результативных атак и сильнейший из охранителей разлома падет.
— Майк, помоги! — жалобно простонала Юля, теперь только защищающаяся. Человеческие рефлексы не победить каким-то там колечком или способностью. Поток атак шел по ней так стремительно, что все, что она могла — зажмуриться и парировать копьем. Этот охотник на демонов был редкостной занозой. И до него еще предстоит добраться.
Я вложил все напряжение последних пятнадцати минут в эти удары, отрывая куски от полоски здоровья насквозь промерзшего противника. Вылечить его было некому. Я видел, как Илья добивает их жреца, наконец-то пойманного. Последний точный удар в горло — и доспех паладина перестал сиять.
Меня накрыло боевым исступлением после этого убийства. Я снова цел, здоров и с полным запасом сил. Чем же ты меня одарил, Нарганд, и что же будет, когда я заполню счетчик убийств в твою честь…
Паладин повержен, времени праздновать нет. Остатки его команды действовали разрозненно, дух их рейда был сломлен. Никому не хочется терять своих персонажей. Но они даже не представляют, что на карте стоит у нас. Я бросил все, чтобы вызволить из-под града атак рыжую. Хотя ей ничего, связанного со здоровьем, не угрожает, этот охотник накопил достаточно эффектов от непрерывных атак, чтобы ежесекундно отбирать у меня около пятнадцати процентов здоровья. Обратная сторона медали моей способности-симулякра.
Когда бойца с огненными клинками я настиг уроном, его живучесть меня даже расстроила. Почти сороковой уровень, а в первачник отправился буквально с двух ударов. Но, признаться, Юля и сама постаралась — выбила из него около половины полоски.
Наступил ключевой момент. Мы расчистили себе плацдарм для резкого изменения планов. Вернее, совершили все приготовления, чтобы воплотить истинную цель этого боя.
— Илья, в разлом! Бегом! — крикнул я, разворачиваясь к другу.
Он взглянул на меня через плечо, увернулся от гигантской сосульки, и двинулся исполнять команду, стирая по пути пот со лба.
— Прорвусь! — рыкнул он и, взяв меч обеими руками, лавируя между заклинаний льда и земли, бросил все, чтобы достичь подземелья. Едва он это сделает — миссию можно считать на треть выполненной.
Друг напомнил мне разъяренного носорога, который не видит ничего, кроме своей цели. Он расталкивал оставшихся врагов чем-то похожим на то, что уже показал на арене, только теперь без щита. И каждый шаг приближал его к разлому.
Когда он почти коснулся его светящейся поверхности, из-за ближайших обломков вынырнула фигура. Тяжелые латы, покрытые вмятинами и трещинами, здоровенная дырка в районе живота. Морозная аура, вуалью укрывающая ее в ближайшем радиусе. Лицо девушки без шлема было перепачкано кровью, а глаза горели яростью.
— Ты думаешь, я позволю тебе это сделать? — прошипела она, кинувшись к Илье, держа в одной руке опустевший флакон исцеляющего зелья, а второй рукой мертвой хваткой вцепляясь в локоть моего друга.
Пелена портала в разлом моргнула, проглотив сразу двоих игроков. Это фиаско, мы все просрали. Или нет?
