При капитализме для них меньше мест: в ремонт дорог, в киоск, в санитары, в продавцы, то есть даже трудно найти место, где нужны тупые…
Вот они и тянут обратно в социализм.
Какую тоску наводят гаммы в окне напротив.
А одинокая труба общежития музучилища!
Всё одинокое тоскливо.
– Весна идёт, весна идёт, мы молодой весны гонцы.
Разгоняет весь двор припаркованных автомобилей.
Хор скучен.
Труба тосклива.
И я три года искал обмен.
Мечта советского молодого человека – когда его выгонят отовсюду, стать мужем вот той барменши в парике и золотых цепях, спать в кладовке на ящиках, появляться иногда с тряпкой.
Просить обслужить вне очереди вот того мужика с пустой бутылкой.
– Это кто, кореш твой?
– Не, Дуся, я его не знаю, просто он симпатичный.
Дед предлагал внуку, чтоб сохранить в себе силу, поднимать кабанчика утром и вечером.
Он растёт, и ты растёшь.
Если вечером поднял, то и утром поднимешь.
Если утром поднял, неужели вечером не поднимешь?
Если вечером поднял, неужели утром не поднимешь?
И получился чемпион и тренер чемпиона.
Кабан по кличке Тренер.
Даже в Швейцарии от смерти не излечивают.
Чем хороша наша жизнь?
Никогда не позвонит человек и не скажет:
– Молодой человек, собирайтесь. Вас ждут в Кремле. Вы награждены.
Этого нет.
Только:
– Вам необходимо явиться к 16.00, подъезд третий, при себе иметь паспорт или удостоверение личности. В случае опоздания награждение отменяется.
Мемориальная доска: «В этом доме по улице Садовой с такого-то по такой-то жил, но не печатался великий писатель…»
В чём радость советской женщины?
С огромным трудом купить красивые туфли, прийти в них в театр и встретить ещё шестнадцать женщин в таких же.
Бойтесь не страшных, а решительных.
Страшно, Виктор, когда тебя объезжает на твоём хребте хозяин или просто молодой осёл.
Это, конечно, не значит, что он умней.
Просто он тебя объезжает.
Хотя ты умней.
Хотя ты его презираешь, а он тебя нет.
Он тебя объезжает.
И ты, Виктор, бунтуя и осознавая, приучаешься к покорности, потому что за это платят.
Твоя работа – быть умней и покорней.
Это тебе и дают понять. И ты понял, Витя!
Теперь ум свой расходуй экономно.
Ты осознал, что ты умнее, но не главнее, Витя…
Как-то так получилось…
Что-то ты пропустил…
И твою скорость регулирует другой…
А ты настолько умней, что это понял и ждёшь команды.
Теперь надо найти жену, которая поймёт это с тобой.
Жена и муж.
– Тебе это кольцо не нравится, потому что ты ничего не понимаешь. Почему оно тебе не нравится?
– Потому что я ничего не понимаю.
– Оно всем нравится. Только тебе не нравится. Почему?
– Потому что я ничего не понимаю.
– Нашёл отговорку! Ну посмотри – разве оно некрасивое?
– Мне не нравится.
– А почему всем нравится?
– Потому что все понимают, а я не понимаю.
– Потому что ты гнусный.
Настойчивый мужчина всегда пробьётся к сердцу женщины.
Даже если она его не любит.
Даже если у неё есть кто-то получше.
Потому что в этом она уверена, понимаешь, а во всех остальных нет.
Женщина выбирает не любовь, а опору.
А дальше…
Она ему изменит.
Он – ей.
Как обычно… И ничего…
Дочке Анечке семь лет.
Когда приходили друзья, папа разыскивал её, затыкал ей ушки.
Рассказывали анекдоты.
Она вырывалась.
Кричала:
– А я всё слышала!
Однажды повторила.
Ей крепче стали затыкать.
Бедная, покорная, опустив головку в папиных мозолистых руках, ждала, когда прекратится гогот.
Она бы внимания не обратила, если бы ей не затыкали уши.
Он поехал за тишиной.
Он её нашёл там – дальше.
Он оставил всё дома: машину, вой сирен, визг тормозов, угрозы динамиков, мат подростков, крики дешёвых радиостанций, бесконечные объяснения тех, кто всё понял.
Он как-то ночью выбрался и уехал искать жизнь, лишённую голосов.
Народ тоже хочет знать, что делает государство.
Когда не знаешь иностранного языка, наш – великий и могучий!
Она смотрела большими красивыми глазами, потом прикрывала их и поворачивала голову.
Её учили не смотреть на повороте.
Его кардиограмма состояла из её оскорблений.
В печени нашли её слова.
Рентген выдал её портрет.
В желудке – её варево.
А в сердце – фотография какой-то девушки с золотистой косой.
Поразительно похожей на сегодняшнюю.
Ура! Это правильно: моя жизнь не так хороша, как стала лучше…
– Мы не сказали, что вы будете жить хорошо.
Мы сказали, что вы будете жить лучше.
Всё плохое в характере женщины – от красоты.
Красота закончилась, а характер продолжается.
В России я не чувствовал движение, но чувствовал дорогу.
Сегодня перестал чувствовать дорогу.
Сегодня у нас расслоение не имущественное, а умственное.
По имуществу видно.
Так они и жили.
Один широкий и щедрый, но денег у него не было.
Другой скупой и жадный, но деньги у него были.
Поэтому жили одинаково и умерли в один день.
А этот перелил из бутылки в живот, из живота – в канализацию и был счастлив дважды.
Я всегда чувствовал себя здоровым и думал – умру, когда захочу.
Тут вдруг почувствовал, что меня могут и не спросить…
Любимая фраза в фильмах про КГБ:
– Почему сразу не пришли к нам?
Кто-то пришёл сразу.
До сих пор его дома ждут.
– Так он понял или не понял?
– Он понял по-своему.
