— Что-о-о-о? — завопила продавщица. — Ва-а-аль! Ну-ка зови милиционера! Где Мишка-то? С утра ведь здесь крутился! Пусть он его заберет! Ишь ты, еще оскорбляет!
Я вышел из магазина и уныло побрел прочь.
Что же такое творится? До чего мы дошли? Какие же все-таки они все сволочи... А впрочем, почему они? Мы!
Так ничего и не купив, я подошел к перекрестку, где меня ждал наш дежурный УАЗ...
Было уже совсем темно, когда УАЗ подъехал к воротам пионерского лагеря. Попрощавшись с водителем, я глубоко вдохнул свежий ночной воздух. Пахло травами, лесом, сыростью. Река, что ли, рядом? Ворота лагеря были заперты на замок. Охраны поблизости видно не было. Я быстро перемахнул через забор и не спеша пошел по асфальтированной дорожке к виднеющимся через заросли орешника огонькам. Через несколько минут навстречу мне попались две молодые девчонки. Они сначала шарахнулись от меня в кусты, но я их успокоил, назвал свою фамилию, объяснил, что ищу жену.
— А, это та, которая с двумя детьми?
-Да.
— Так они вон там живут! Идите прямо по дорожке, потом направо...
Таня с детьми жила в какой-то сараюшке напротив административного корпуса. Я потрогал дверь. Заперто изнутри на крючок. Тихонько постучал (дети, наверное, спят).
— Кто там?
— Это я...
— Ох...
Дверь распахнулась.
— Откуда ты?
— Оттуда... — находчиво ответил я, обнял и поцеловал ее.
Внутри тесного помещения у стены стоял топчан, на котором
спали Коля и маленький Андрюшка. Рядом стояла раскладушка.
— Вот так и живем, — улыбаясь* сказала Таня.
— Что-то уж больно тесно здесь...
— Да... — она махнула рукой, — все равно целый день на улице... Я сейчас накину что-нибудь... прохладно уже... И пойдем прогуляемся... А то ребят, не дай бог, разбудим! Идем, я тебе лагерь покажу. Здесь так здорово! Хорошие места...
Мы прогулялись по лагерю. Я было начал объяснять, что, к сожалению, не успел ничего купить вкусненького ни ей, ни ребятам. Таня оборвала меня:
— Ой, да перестань! Сам приехал — это для нас лучший гостинец!
— М-да... А я вот в командировку собираюсь...
— В какую командировку? А сейчас-то ты где?
— Сейчас я на учебе...
— И куда же ты собрался?
— В Афганистан.
— Куда?
— В Афганистан.
— А что ты там будешь делать?
— Да так... В качестве советника...
— Господи, чего же ты им советовать будешь?
— Чего знаю, то и буду советовать!
— А когда вернешься?
— Ну... месяца через два... или три... Пока точно не известно...
— Пора бы уже остепениться. Детям нужен реальный отец, а не тот, про которого я рассказываю и показываю на фотографиях! А в детском садике и яслях вообще думают, что я — мать-одиночка... Воспитательница говорит, трудно, мол, одной двоих детей воспитывать, содержать... Я ей отвечаю: почему, мол, одной? У меня муж есть! А она не верит...
Ну что тут ответишь? Все правильно.
— Поздно уже... А завтра мне уезжать надо... — сказал я.
Мы вернулись в сараюшку.
Июньские ночи короткие, и поспать толком нам не удалось. Задремали только под утро, когда начало светать.
Нас разбудило утреннее солнце, пробивающееся через многочисленные щели сарая. Потом проснулись дети. Они очень обрадовались, решив, что я вернулся окончательно.
После завтрака мы гуляли по лесу, где Коля ловко ловил различных насекомых и рассказывал мне о них. А Андрюшка проявил себя в поиске грибов. Идем себе по тропинке. Вроде бы ничего нет, а он нагнулся, цал — в руке гриб! Цал — еще один!
— Это потому, что он — маленький, ему снизу все грибы видны! — засмеялся я.
Потом мы все вместе купались в неглубокой речке с мягким песчаным дном и тенистыми, заросшими густой травой берегами... Время пролетело быстро.
— Тебе когда надо быть на службе? — спросила Таня после обеда.
— Завтра утром...
— Жалко... Значит, уезжать надо сегодня?
— Да. Ближе к вечеру. Ночным поездом поеду. Он приходит в Москву часов в шесть утра... Как раз к девяти часам успею добраться до объекта...
Я вышел на перрон, прошел в подземный переход, спустился в метро. Здесь было уже полно народу. Деловые, уверенные, хорошо одетые москвичи ехали на работу. Почти все читали: кто — книгу, кто — газеты. Приезжие с чемоданами и сумками и притихшими детьми, боясь пропустить свою станцию, испуганно прислушивались к репродуктору, который голосом диктора объявлял остановки, всматривались в схему метро... Может быть, если бог даст, когда-нибудь и я стану москвичом, буду иметь свою квартиру и вот так, как они, ездить на работу на метро, читая утренние газеты...
Я доехал до своей станции, поднялся по эскалатору, сел на пригородный автобус и минут через сорок был на объекте. Прямо с КПП я направился в административный корпус и доложился дежурному, что вернулся...
Ребята в моей комнате уже проснулись, вернулись после утренней пробежки, побрились и собирались на завтрак в столовую. Я в темпе побрился, быстро переоделся в форму и присоединился к ним...
По дороге в столовую я еще раз подумал, что в военной среде жить все-таки проще. Как там поет Окуджава? «...Забуду все домашние заботы, не надо ни зарплаты, ни работы, иду себе, играю автоматом, как просто быть солдатом, солдатом...»
Наконец наступил долгожданный день...
