А наш самолет в это время бежал, сильно замедляя ход, по взлетно-посадочной полосе Кабульского международного аэропорта.
Итак, мы прилетели в Афганистан!
Мы — это отряд специального назначения КГБ под кодовым названием «Зенит»: тридцать восемь офицеров, тридцать восемь молодых и здоровых бойцов, прошедших парашютно-десантную, минно-взрывную и специальную оперативную подготовку. Каждый из нас владел одним или двумя иностранными языками, приемами рукопашного боя, холодным и огнестрельным оружием, имел опыт контрразведывательной и разведывательной деятельности. Мы были обучены в автономном режиме вести поиск и осуществлять дерзкие силовые акции на вражеской территории, были готовы выполнить любой приказ и жаждали на деле испытать приобретенные навыки.
Мы ничего и никого не боялись. Не боялись и смерти: чем страшнее, тем интереснее! В то, что смерть может настигнуть кого-то из нас, тогда просто никто не верил. Каждый в душе полагал, что уж он-то наверняка уцелеет. А если и придется... Ну что ж, наверное, ничего страшного: это ведь очень быстро — чик, и нету! Впрочем, о таких вещах мы особо не задумывались, так как были молоды, физически здоровы, уверены в своей правоте, нас распирала энергия и какая-то злая, агрессивная сила...
Самолет неторопливо катился, переваливаясь и постепенно замедляя ход. Все припали к иллюминаторам. За бортом проплывали неказистые аэродромные строения, самолеты на стоянках, вертолеты с обвисшими лопастями винтов. Аэродром лежал в чаше между голых каменистых гор.
Наконец мы остановились, заглохли двигатели. Подкатили трап. Техник открыл люк, и в салон хлынул полуденный пыльный жар. Воздух над бетонными плитами аэродрома дрожал и переливался, искажая перспективу.
Афганистан. Кабул. Июль 1979 года...
Что мы тогда знали об этой стране? Да почти ничего.
Ну, промелькнуло как-то в газетах сообщение о том, что в Афганистане произошла какая-то революция. Да, еще на память приходило название старого фильма «Миссия в Кабуле», где игравший нашего разведчика-нелегала актер Глузский под видом хазарейца, в лохмотьях катал по городу тележку и что-то там разведывал, кого-то спасал... Еще вспоминалось, что там жарко, что там живут кочевники («на лицо ужасные, добрые внутри») и что у нас с Афганистаном всегда были хорошие отношения. А еще зимой этого года в наших газетах была статья о том, что в Кабуле какие-то террористы убили американского посла. Вот, пожалуй, и все.
Правда, перед вылетом нам предоставили справочные материалы о стране: в Афганистане проживает, по приблизительным подсчетам, около 13—15 млн человек, промышленности практически нет, большинство населения занято сельским хозяйством и скотоводством. Долгое время страной правил король Захир Шах — вроде был неплохой мужик и к нам относился хорошо. Потом был дворцовый переворот и место короля, который, кстати, успел уехать в Италию (молодец, сумел выбрать хорошее место!), занял его двоюродный брат по имени Дауд. Но Дауд тоже не смог удержать власть: в 1978 году здоровые силы афганского общества объединились и сплотились вокруг Народно-демократической партии Афганистана (НДПА), которая считала Дауда тираном. Ведомый партией, добрый, веселый и трудолюбивый афганский народ совершил Великую Апрельскую (так и напрашивается по аналогии — социалистическую) революцию. Тиран был свергнут. К власти пришел народ во главе с хорошим лидером по имени товарищ Нур Мухаммед Тараки. Именно он был главой НДПА.
Но силы реакции не успокоились. Они организовали активное сопротивление прогрессивному режиму народной власти и стали осуществлять саботаж, террор и диверсии. За контрреволюцией стояли США, Китай, еще какие-то силы, которые в бессильной злобе... ну и так далее. Развязан террор. Гибнут лучшие сыны афганского народа.
Дружески настроенное по отношению к нам новое правительство страны попросило у СССР помощи. Афганистану, нашему мирному южному соседу, грех не помочь: нельзя его отдавать на растерзание мировому империализму и реакции.
Ну что ж, помочь так помочь!
И вот мы здесь...
Пока мы только приземлились в Кабульском аэропорту, и никто из нас даже представить себе толком не мог, чем придется здесь заниматься. А мы особо над этим и не задумывались: что скажут — то и будем делать!
Транспортник с нашим снаряжением, оружием и боеприпасами приземлился чуть раньше нас. Мы в темпе перетащили свой груз в подогнанные прямо к рампе самолета грузовики, сами сели в два посольских автобуса и поехали. ,
