Когда о. Сергий вернулся из ссылки (1940 г.), служить его никуда не взяли, физическим трудом из-за нажитой в лагерях сердечной недостаточности заниматься не мог, на конторскую работу не брали. Семья жила на скудную зарплату матушки Лидии Дмитриевны и на подаяния верующих, которые тогда и сами жили скудно. Впрочем, бедность была для семьи уже привычной. В августе 1942 года — новый арест! «За нарушение правил светомаскировки» (которого он, кстати говоря, не совершал) полагались административные (без следствия и суда) наказания. Высшее — 6 месяцев тюрьмы. Вот их ему и дали. В феврале 1943 года — освободили. А в начале марта Анастасию Авдеевну вызвали в исполком. Она решила, что её арестуют, попрощалась с родными, поплакала, помолилась — и пошла. Приходит, спрашивает: «Звали? — Звали! — Зачем понадобилась? — Церковь открывать хотите? — А можно? — Ищите попа, регистрируйте у нас — и служите»! Анастасия Авдеевна пришла к о. Сергию. Он в принципе согласился, но сказал, что у него нечего обуть. Анастасия Авдеевна прибежала домой, схватила серые валенки, принадлежавшие ее дочери Александре Александровне, и когда та спросила — куда, ответила: «Молчи, молчи, они нужны о. Сергию». Пошли в исполком, зарегистрировались. 10 марта 1943 года был отслужен водосвятный молебен, и началось чтение Великого канона.
К кондаку 9-му.
В 1943 году гражданин г. Касимова, по болезни к воинской службе негодный — Николай Яковлевич Аксенов — был (думаю, что за отказ быть сексотом) отправлен на трудовой фронт и пропал без вести. Этот случай взволновал горожан. И когда повестка на трудовой фронт пришла о. Сергию (это было в декабре 1943 года), все — и он в том числе — были уверены, что его посылают на верную смерть.
На 18-е декабря была назначена отправка. С утра о. Сергия остригли (усы и бороду, правда, почему-то оставили). У военкомата собрался народ — узнать, куда посылают о. Сергия. А отправки все нет. После 4 часов дня толпа увеличилась — пришли люди с молебна (в 3 часа накануне храмового праздника служилась малая вечерня и молебен с акафистом). Видимо, эта толпа напугала власти, и о. Сергий вместо отправки куда-то далеко был назначен ночным сторожем на Малеевский карьер — эта должность не существовала до о. Сергия, т.к. там нечего было сторожить, и была ликвидирована после его демобилизации. Сам о. Сергий и все, кто его знал, увидели в этом чудо святителя Николая, что подтвердили и дальнейшие события в жизни о. Сергия, случившиеся 18 и 19 декабря.
К икосу 9-му.
17 декабря 1943 года, уверенный, что 18-го его отправят на верную смерть, о. Сергий написал духовное завещание, в котором призывал детей быть верными Христу, не боясь лишений, мук и самой смерти. Но ему было дано еще семь лет жизни — он скончался 18 декабря 1950 года — и он, будучи сторожем на Малеевском карьере, расширил свое завещание и озаглавил его так: «Моим детям и внукам о том, как проводить посты и готовиться к принятию Святых Христовых Таин».
К кондаку 10-му.
В Малееве о. Сергий усердно изучал Добротолюбие и другие творения аскетов; ночи на дежурстве проводил в молитве, причем, подвергался бесовским страхованиям. Иногда служил праздничные всенощные, за которыми пел хор, организованный ссыльным церковным регентом (на карьере работали ссыльные, но расконвоированные) — и никто из участников не выдал совершителей богослужений. Правда, к концу войны со всем этим стало полегче.
К икосу 10-му.
18 декабря 1943 года о. Сергий был избавлен от отправки на трудовой фронт и 19-го приступил к работе в Малееве. 18 декабря 1947 года, он прибыл на последнее место своего служения, и 19-го — на память святителя Николая — отслужат в г. Лебедяни первую службу, а через 3 года — 18 декабря 1950 года — скончался, и гроб с его телом был внесен в церковь 19 декабря. Об отношениях о. Сергия и епископа Аркадия Остальского в Соловках, см. «Соловецкие рассказы», а именно — рассказ «Духовная и телесная помощь». Вскоре епископ Аркадий освободился и приехал в Касимов, чтобы рассказать родным о ссыльных Правдолюбовых. Вскоре его вновь арестовали и расстреляли в Бутове под Москвой. Ныне священномученик.
К кондаку 11-му.
Весной 1947 года о. Сергий был назначен в г. Спасск-Рязанский и служил там до декабря, когда был назначен в г. Лебедянь. Летом (на Казанскую) его сын Анатолий был рукоположен во диакона, а на память муч. Екатерины — во священника — и был назначен на место отца настоятелем и благочинным. Так Владыка Иероним, вынужденный послать о. Сергия в Лебедянь, постарался возместить несправедливость перевода отца почетом сыну.
К икосу 11-му.
