Я ненадолго задумалась.
«Лин, давай сюда этих гадин. Добью их и поедем».
«Что, вот так прямо и поедем?» – усмехнулся краешком пасти шейри, таща в зубах пока еще живых противниц.
Я без промедления добила каждую, не брезгуя для Теней даже такими крохами, а потом сдернула с седла туго примотанную веревку и, сделав петлю, накинула ее на лапу хрипящего кахгара.
– У ворот его прикончу, чтобы успеть доехать до дома. Живого внутрь тащить глупо, но пусть с тушей стражники разбираются, а то мы до ночи не успеем. К тому же другого такого энергоблока для Теней потом долго не найдем.
Лин со вздохом поднял выроненный чуть раньше мешок, с еще более тяжким вздохом ухватил зубами протянутую веревку. Дождался, пока я залезу в седло, и, поминутно морщась, послушно потащил извивающегося кахгара к медленно закрывающимся воротам.
Впрочем, нет, я ошиблась: ворота не закрывались, как мне показалось сначала. Но вовсе не потому, что петли заело или силенок у парней не хватило, а из-за того, что все они, как один, шальными глазами следили, как мы волочем к ним еще живую Тварь.
– Твою маму… – ругнулась я, поняв, что они и нашу эпопейную битву могли наблюдать в подробностях. А те, кто стоял наверху, видели вообще все, от начала и до конца. Более того, могли заметить Эриол. И пускай было далеко, пускай темно, но все равно – лишние разговоры нам ни к чему.
А ехать-то надо. Еще минута-две, и ворота закроются: приказ есть приказ, и даже наше позднее возвращение, разбавленное скоротечной схваткой, не могло этому помешать. Поэтому следовало поторопиться, если, конечно, мы с Лином не хотели остаться ночевать снаружи.
А мы этого не хотели. Я вообще мечтала лишь о том, чтобы выспаться. И очень хорошо понимала, что после смерти кахгара у меня будет лишь несколько коротких минут, чтобы удержаться от позорного обморока и нехороших корчей. Может, еще и кричать начну. В прошлый раз только стонала, но и этого стражникам хватит с лихвой. Еще решат, что помираю во цвете лет, и полезут первую помощь оказывать. Как водится, дернут рубаху на груди, а там… короче, сами понимаете, отчего я выбрала такой странный способ возвращения.
– Стой, – вздохнула я, когда ворота оказались всего в нескольких шагах, а угрожающий хрип за спиной подозрительно затих. – Хватит, дальше не надо – успеем. Да и ребята пугаются.
Лин с облегчением выплюнул изжеванную веревку, настороженно косясь на замерших в воротах стражей. Но те не сделали ни попытки помочь, ни добить еще живую Тварь, ни остановить меня, когда я спрыгнула с седла и остановилась от нее на расстоянии двух шагов.
Кахгар какое-то время лежал неподвижно, искусно прикидываясь дохлым, а потом дернулся, попытавшись дотянуться мощной лапой, но не успел – мой меч оказался быстрее и с силой вонзился в багровую глазницу, расплескав по клыкастой морде отвратительную жижу.
– Живее, Лин! – Я быстрее молнии запрыгнула в седло и, послав шейри в галоп, на полном ходу пролетела мимо обалдевших воинов.
На подлете к первому же повороту меня ощутимо тряхнуло. Стоило Лину завернуть за угол, скрутило уже до золотых искр в глазах. А когда впереди показалась трактирная вывеска и мелькнули закрытые за засов ворота, я буквально рухнула на загривок шейри, уже чувствуя, как накрывает сверху темнота, с досадой подумала: блин… надо было использовать Эриол!
После чего уронила голову, не имея сил даже на ругань, и уже не увидела, как из внезапно распахнувшихся ворот босиком выбежал напуганный грохотом копыт Берон, а спешащая за ним, побледневшая, как смерть, супруга в отчаянии заломила пухлые руки.
На этот раз я очнулась быстро: не успели меня затащить в комнату и уложить на постель, занявшись неблагодарным делом – раздеванием, как в моей голове что-то щелкнуло, сработав на манер предохранителя, и моментально привело в чувство.
– Берон, не надо.
Хозяин вздрогнул, отнял руки от моей груди и неуверенно посмотрел.
– Господин?
– Не трогай. Я сам.
Он послушно отошел, глядя из темноты испуганными глазами, и побледнел, когда я с тихим стоном заставила себя сесть и помотала плывущей, как с перепоя, головой.
– Воды, – прошептала неслышно. – Нагрей. И тряпицы чистые принеси. Побольше.
От въевшейся в одежду вони было не сдышать. От меня снова несло, как из сточной канавы. Просто кошмар какой-то. Скоро насквозь пропитаюсь этими миазмами. Какая из меня тогда, блин, леди?
– Господин, вы ранены! – вскрикнул хозяин, когда меня ощутимо качнуло в сторону.
– Нет… это другое. Но воду все равно неси. Вымыться надо. И выспаться. Не буди потом. Сам встану. Обещай.
– Х-хорошо, господин, – нервно икнул трактирщик, когда я подняла голову и посмотрела на него неподвижным взором. – А вы не собираетесь умирать?
