«Я же тебе говорил. Не зря же считается, что до людей тут жили эары. Они и лес – это две половинки единого целого. А в тебе есть кое-что от эаров. И лес это помнит, чувствует. Поэтому и принял тебя так легко».
Я покачала головой.
– Поверить не могу, что это случилось всего за одну ночь. Еще вчера – средоточие мрака, а сегодня – просто дворец.
Демон хитро прищурился.
«А еще говоришь, что ты – не маг».
– Знак Ишты – не магия, – задумчиво отозвалась я, старательно анализируя свои ощущения. – Это – что-то настолько выше нее, что я даже не знаю, как тебе объяснить.
«Давай лучше подремлем, и ты еще немного подпитаешь этот лес».
– Нет, – встрепенулась я. – Мы не для отдыха пришли. Бросай мешок, чтобы не таскать лишнего, и пойдем прогуляемся за поляной. Может, тут еще есть один «хохотун».
«Если бы был, мы бы о нем уже узнали, – резонно возразил шейри, но послушно поднялся. – Или он бы сам явился, желая выяснить, кто мешает ему развлекаться».
По лесу мы бродили еще часа три, постепенно нарезая круги вокруг поляны и старательно очищая окружающее пространство от нежити. В некотором роде я тоже оказалась права, потому что за пределами МОЕГО леса Харон ничуть не поменялся. На нас трижды пытались броситься какие-то мелкие Твари, похожие на драных крыс. Потом прибегала посмотреть одинокая тикса, но не рискнула связываться и умчалась восвояси. Затем мы наткнулись еще на одну полянку, облюбованную вывернами. С удовольствием перебили всех, изрядно утяжелив второй мешок. Отыскали неподалеку третью по счету большую выверну. Благополучно испробовали новый «ледомет» шейри, без особого труда ее прибили, накормив и мой Эриол, и Теней до отвала. Потом еще часа на три застряли, выдирая у Твари многочисленные зубы, и лишь к наступлению сумерек освободились.
– Уф, – выдохнула я, оттирая перепачканные в черной крови руки. – Ну и вонючие же они, сволочи. Опять до утра придется отмываться.
«Зато сколько мы зубов нарвали, – отозвался такой же грязный и отменно „благоухающий“ демон. В последний час он тоже занялся мясницкой работой и самолично выкусывал острые клыки выверны, чтобы успеть с ними до ночи. – Хорошо еще, что эти Твари не ядовитые, как гигантские».
– А такие и впрямь бывают?
«Угу. Только не здесь, а в Невироне».
Я с содроганием посмотрела на массивную тушу Твари, две трети из которой составляли чудовищные челюсти. Затем брезгливо отодвинула от себя громадное щупальце, которое могло поспорить весом с приличным бревном, и поднялась.
– Все. Пошли обратно, а то не успеем вернуться. И Фаэс опять захочет прибить меня за то, что не предупредила.
«Надо было утром к нему зайти».
– Зачем еще время тратить?
«А чтобы сказать, что можем опять на ночь задержаться».
– Он и так на меня косо смотрит, – возразила я. – А если я через день буду ночевать в Хароне, то скоро заподозрит невесть в чем. И снова попросит отца Кирама проверить на «черноту». Оно мне надо?
«Ну… нет».
– Вот и пошли, пока солнце светит. Нам домой часа полтора добираться. Если напрямую. А если за вторым мешком возвращаться, то еще дольше. Хотя нет, ну его на фиг, – неожиданно передумала я, взглянув на черную тучу над головой. – Возвращаться не будем – что-то у меня предчувствие появилось нехорошее. Выбираемся прямо на дорогу и бежим домой. А за тем мешком завтра придем.
Лин, настороженно принюхавшись, без лишних слов подставил спину.
«Садись».
– Нет, – я отрицательно качнула головой. – Этих троп мы с тобой не знаем – слишком далеко забрались, так что обратно двинемся, как раньше: я впереди, ты страхуешь мне спину. Но связываться ни с кем не будем, если только не нападут. Боюсь, мы и так слишком задержались.
Я как в воду глядела – не успели мы добраться до Южной, как на Харон опустились плотные сумерки. Кажущиеся тем более густыми, что с ними сливались мрачноватые кроны деревьев и даваемая ими плотная тень. В которой мне то и дело начинали казаться жадно поблескивающие угольки чужих глаз, да еще левую ладонь временами стало неприятно покалывать.
Торопясь, как на пожар, мы прошли мимо трех лежбищ выверн, упустили огромную стокку, рискнувшую зашипеть нам в спину. Оставили нетронутой чью-то нору, в которой пока не было слышно подозрительного шевеления. И почти бегом пробежали последние метры, опасаясь, что стремительно просыпающиеся взрослые и гораздо более опасные Твари почуют в своих владениях чужаков.
На Тракт мы вывалились запыхавшиеся, распаренные, но жутко довольные: солнце только-только подкрасило верхушки деревьев красноватыми отблесками заката, и небо над дорогой оставалось сравнительно светлым. Правда, возможностью прогуляться по Харону спокойным шагом мы не воспользовались, а, едва вышли на свободное пространство, тут же взяли с места в карьер и помчались к выходу так, будто Твари уже кусали за пятки. Тут всего-то и было полчаса ходу неторопливой трусцой, а сейчас Лин почти летел…
Однако нехороший холодок в моей груди только набирал силу.
«Гайдэ! – внезапно вскрикнул Лин, заметив, как за соседними деревьями промелькнуло чье-то гибкое тело. – Тварь! Близко! Заметила нас!»
«Сколько до выхода?»
