Сборник летописей. Том I полностью

Поистине в обоих естествах вселенной, от начала появления человеческого рода, еще никогда, ни в какой век, престол царства не был почтен столь великим властелином.

Ведь если цари завоевывали царства вселенной ударами окровавленного |А 2а, S 6| меча и палицы, сокрушительницы крепостей, и если некоторым [из них царство] досталось путем наследства, то они не овладевали им без того, чтобы не обнаруживались у них соперники и противники, особенно в дни монголов, что всем, через отцов и дедов, понятно, картинно и столь наглядно известно и подтверждено, — какие волнения и смуты случались при каждой перемене [государя], сколько синий клинок пролил крови на землю от воспламенения огня мятежей и сколько [человеческих] голов он погубил, [как] оживившийся базар грабежей причинил [неисчислимый] убыток сортам и видам всякого товара, [как] семьи и достояния многих почтенных и знатных людей путем убийств и расхищения совершенно уничтожались и дотла истреблялись, пока не прекращалось [все это] по вступлении на престол определенного государя. [Но и] несмотря на это, основы [государственных] дел продолжительное время пребывали потрясенными; каждый день случалось что-нибудь такое, что служило причиной смуты и раздоров, и не успокаивалось в пределах устойчивости [и становления].

Когда же пришла очередь государству быть в августейшую эпоху и во время со дня на день увеличивающегося счастья [его величества Улджэйту падишаха], то создатель прецедентов предвечной милости и художник-уборщик введения к бесконечному счастью[156] уже заранее придал особую [неповторимую] форму проекту здания открытой террасы этого благоденствия, [связанного с эпохой Улджэйту], и придал особый вид ярусам купола [над] порталом сего величия без того, чтобы конь небесной колесницы, [совершая бег], поднял из земли случайности такую пыль, в облаке которой жестокая рука времени пролила на землю хотя бы каплю крови. Обширная территория областей, вошедших в обладание державного государя, спокойна от [всех] страхов и опасностей, будучи управляема вполне безупречными законами. Язычок блистательного пера назло блестящему мечу написал на странице [настоящей] эпохи такие стихи:

Из сих ясных указаний и неоспоримых аргументов с несомненностью устанавливается, что особенные царственные качества его величества определены и присущи [его особе] в силу божественной милости и помощи. [И основание] сего характеристического признака [у его величества, Улджэйту-хана] чрезвычайно прочно и крепко. Один из великих ученых [сего] времени, являющийся красноречивейшим человеком эпохи, раздумывая о буквах, [составляющих] благословенное имя [государя], согласно [арабского выражения]; «прозвания нисходят с неба»[158], составил в похвалу ему нижеследующее стихотворение, [заключающее] сущность значения [его прозвания]: