Сборник "Отрок" полностью

— Дело знакомое, — Осьма ловко поддержал Мишку под спину и поправил подушку. Рука у него оказалась неожиданно сильной. — Квасу пей побольше, надо нутро промыть. Брусники бы тебе еще, хорошо от этого дела помогает, но где ее сейчас возьмешь? Так удобно лежать?

— Да, спасибо. Что за дела-то?

— Одно дело спешное, хотел с Корнеем обговорить, а он к тебе погнал, — Осьма развел руками, словно извиняясь за то, что нарушил Мишкин покой. — Сотник Корней сегодня с утра свою волю объявил: трех баб с семействами к родителям возвращают, а пятерых просто изгоняют. До нашего торгового дела это прямое касательство имеет.

"Он что, рехнулся? Чем тут торговать-то? Стоп! Дома, поля, огороды — у тех, кого отправляют к родителям. Еще и холопы, если только они их с собой не заберут. А у тех, кого просто изгоняют, — вообще все имущество. Дед говорил, что разрешит взять только то, что на одной телеге увезти можно. Блин, я и не подумал даже, не до того было".

— Так ты собираешься их имущество скупить?

— И это тоже, — Осьма согласно склонил голову. — Но с этим можно и повременить, а сейчас надо с самими отъезжающими разобраться.

— С отъезжающими?

— Ну да! Они же по домам поедут, я разузнал, сухим путем. Значит, если с ними поехать, узнаем дорогу к их селищам. Сотник Корней им охрану дает, вот и нам бы с товаром вместе с ними поехать. Я почему к тебе пришел? У тебя в воинской школе купеческие детишки обучаются караваны охранять, пусть бы съездили вместе с охраной — хорошая учеба получится. Ваша ключница собралась паренька в воинскую школу с вестью послать, я его задержал. Если ты согласен, хозяин, то можно через того гонца и Петра с его отроками вызвать. Здесь их на три отряда разведем и к ратникам, которые охранять караваны поедут, приставим. Так как?

— А что? Дело хорошее. Согласен. Только надо у ратников спросить: согласятся ли отроков с собой взять?

— Я уже договорился — каждому ратнику по куне, и все покажут, объяснят, присмотрят за ребятишками в пути.

— Погоди, погоди… Мне тут рассказали, что народ на Младшую стражу зло затаил, как бы беды не натворить. Кто в охране-то пойдет?

— Лука и Тихон со своими людьми. Их четырнадцать и у Петра четырнадцать, сам Петр пятнадцатый. Выходит по десятку на караван. И я по одному работнику пошлю. Ну что, вызывать Петра?

— Давай.

Осьма набрал в грудь воздуха и гаркнул:

— Спирька!!!

В дверь просунулась прохиндейская рожа Спиридона.

— Здесь я, Осьма Моисеич!

— Скажи пареньку, чтобы ехал и передал все, как уговорено.

— Слушаю, Осьма Моисеич!

"Быстро ты Спирьку выдрессировал, чувствуется хватка. Хотя этому типу много не нужно, пару раз морду начистить, и шелковый станет, но верить ему нельзя ни на копейку".

Спирька скрылся, а Осьма продолжил все так же спокойно и размеренно:

— Теперь о тех, кого изгоняют на все четыре стороны. Пять баб и тринадцать детей разного возраста. Идти им некуда, я разузнал, родни в округе у них нет. Значит, либо сгинут, либо кто-то их похолопит. Почему не мы?

— Да ты что? Своих…

— Какие же они свои? Изгои, на твою жизнь и жизнь твоей родни умышлявшие.

— Бабы, детишки?

— Муж и жена плоть едины. Господь же наш ревнитель наказывает детей за грехи отцов до третьего и четвертого колена. Нас, грешных, Господь сотворил по образу и подобию своему, почему же нам не следовать Его примеру?

"Ну да. Дед, помнится, объяснял, что христианство выгодно, но не до такой же степени! Вот, значит, как олигархами становятся! Личные связи с властями предержащими, плюс оправдание любого своего "коммерческого" предприятия постулатами официальной идеологии, плюс полное отсутствие морали. То-то он от Юрия Суздальского аж через несколько границ утек. Долгорукий — мужчина серьезный. Эх, кто бы ТАМ так же Березовского шуганул. Нет, пока Ельцин президентствует, "Березу" не тронут…"

Осьма между тем продолжал: