Сборник "Отрок" полностью

За кустами обнаружились Алексей и последний из десятников журавлевских "бойцов", которого использовали в качестве проводника при поисках места собрания христиан. Десятник валялся на земле с перерезанным горлом, а Алексей деловито обтирал засапожник о его одежду. Обернувшись к подбежавшим, Алексей поднял брови в преувеличенном удивлении и поинтересовался:

— Вы чего? Или он тебе еще зачем-то нужен был, старшина?

— Нет, — выдавил из себя Мишка. — Не нужен… — резко развернулся и пошел прочь.

"Едрит твою в наставника Младшей стражи! "Поедим, успокоимся!" Ты-то, падла, успокоительное уже до еды принял. Педагог, девять на двенадцать…"

— Чего уставились? — раздался из-за спины голос Дмитрия. — Покойника за тайные места потрогать охота? Пошли по местам!

— Мы кто? Мы — дружина боярыни Гредиславы Всеславны! — объяснял Алексей собравшимся вокруг него Мишке, Немому, Анисиму и урядникам Младшей стражи. — Наше дело — боярыню защищать, не допускать обиды, бесчестия или другого ущерба, а если такое случится, то возмездие вершить и справедливость восстанавливать!

"Сладко поете, мистер Алекс, прямо как в голливудском фильме: "Мы — морская пехота США, наша миссия — нести миру свободу и демократию!" Других забот у вас нет, кроме чести бабы Нинеи, прямо прослезиться от умиления хочется. И утереться списком обид боярыни Гредиславы Всеславны".

Отроки уже поели, обиходили коней и теперь лишь ждали команды, но Мишка своего обещания не забыл — не трогаться с места, пока Алексей не объяснит: куда и зачем?

— На том берегу Кипени стоит острог, — продолжал старший наставник. — Дмитрий, ты должен знать: где и для чего остроги ставятся?

— На рубежах ставятся, для острастки малым силам и для того, чтобы о большой силе упредить.

— Верно! — Алексей поощрительно кивнул старшему уряднику. Сейчас он был спокоен и доброжелателен, и не подумаешь, что меньше часа назад отводил душу, перерезая горло человеку. — Ну, а кто объяснит, почему у боярина Журавля острог поставлен за шесть с половиной верст от рубежа?

Вопрос был явно риторическим, и ответ на него дал сам вопрошающий:

— Да потому, что когда-то рубеж между землями боярыни Гредиславы Всеславны и землями боярина Журавля проходил по реке Кипени! Это значит, что и тот хутор, который мы взяли, и другие селища, которые на правом берегу Кипени стоят, принадлежат нашей боярыне, а Журавль их бесчестно себе забрал, запрудив речку Притечь и отгородившись болотом.

"Туфта это все, формальный повод! К вашему, мистер Алекс, желанию заделаться землевладельцем это отношения не имеет. Вернее, имеет, но опосредованное. Ввязаться в локальный вооруженный конфликт из-за… а сколько тут земли-то, на самом деле? В ширину шесть с половиной верст (десять с гаком километров), а в длину? Вы, сэр, на карте как-то и не удосужились посмотреть. А если тоже с десяток километров, или больше, да в придачу несколько населенных пунктов, пусть и небольших? Очень нехилое имение для мистера Алекса образоваться может. И с чего вы, сэр, решили, что он все земли Журавля захватить желает?"

— Если плотину разломать и болото спустить, то тут через пару лет такие луга будут! Всех коней Младшей стражи можно прокормить! — продолжал Алексей. — Но для этого надо границу на старом месте восстановить — по реке Кипени.

— Господин старший наставник! — прервал Мишка Алексея: обратиться к нему иначе после недавнего конфликта не поворачивался язык. — Хорошо бы на карте посмотреть, всем понятнее будет.

— Можно и на карте, — покладисто отозвался Алексей. — Я и сам хотел, чтобы ты разобраться помог.

Зашуршал разворачиваемый пергамент, и все сблизили головы, разглядывая карту. Мишка с первого взгляда нашел болото и, быстро сориентировавшись, протянул к Алексею руку, требовательно пощелкав пальцами. Старший наставник понял без слов и вытащил из кошеля изготовленный на хуторе "циркуль".