— Да? Интересно, надо будет подъехать, посмотреть, — Лавр был настолько поглощен описываемой проблемой, что даже не очень оживленно отреагировал на новые идеи. — Только колесом от всех бед не избавишься. Понимаешь, жар в горне надо все время одинаковым держать. Чуть слабее — недовар, чуть сильнее — пережог. И так сотню раз! Один раз из сотни ошибешься, и вся работа насмарку!
— И на это средство есть! Дядя, Лавр, ты же знаешь, что железо от жара удлиняется.
— Ну и что?
— Пристрой в горне железный прут так, чтобы кончик наружу торчал, заметь — метки какие-нибудь поставь — насколько он высунется при нужном жаре. Потом так и будешь жар поддерживать, чтобы прут на нужную длину торчал — никакого пережога или недовара, хоть двести раз проковывай.
— Умница ты, племяш, выдумщик, — Лавр грустно улыбнулся. — Только как же я узнаю, какой жар нужен, если ни разу не видел, как это делается? Нет, батюшка, — Лавр обернулся к Корнею и отрицательно покачал головой, — надо настоящего мастера искать, который такие вещи делать обучен. Мысли Михайла интересные подсказал, но не выйдет ничего.
— Кхе… — в голосе Корнея отчетливо сквозило разочарование. Чего он ожидал от Мишки? Наверно, и сам не знал, но чего-то ждал. — Не выйдет, значит. Ну что ж, поищем мастера.
— Да где же его найдешь-то, батюшка? У нас на все Ратное таких мечей всего два — у тебя да у Данилы… ну, может, у Пахома еще примерно такой же. И все в бою взяты, где и кем сделаны, неизвестно.
— Журавль нашел, и мы найдем! Не суетись, Лавруха! Главное, мы теперь знаем: мечи такие делать можно, делаются они не в далеких странах, а у нас, и сделать их можно много! А раз знаем, то найдем!
— И все-таки, Кирюш, тьма войска! — все не мог никак успокоиться боярин Федор. — Ты только подумай: тьма! Да во всем Погорынье три тьмы народу не наберется, вместе с бабами и детишками! И все вроде бы верно с этими…
— Цифрами, — подсказал Мишка.
— Да, цифрами, а все равно не верится! Что-то тут не так! Где можно столько народу набрать?
— Деда, а помнишь мертвую женщину, которую мы в лесу нашли? И разговор наш, о возможном восстании язычников?
— Что? — сразу же вскинулся боярин Федор. — Какое восстание?
— Пустое, — небрежно отмахнулся Корней, — так, разговор один был… Хотя, — воевода на секунду задумался, — если развозить оружие по разным местам…
— Не получается, деда. Ты бы стал в другие места оружие отправлять, до того, как своих всех не вооружил бы? А у Журавля только сотня с новым оружием, а остальные со старым. Все так выглядит, будто дело начато, а потом по какой-то причине брошено.
— Не знаю, не знаю… — задумчиво проговорил Корней, — надо будет Осьму и Никифора настропалить, чтобы разузнали: не появлялось ли что-то подобное у каких-то купцов? Заодно и выясним, где мастера такого искать надо. А? Федя, как думаешь?
— Если в тайне что-то готовится, то на продажу не понесут, — уверенно ответил Федор. — Разве что случайно одна-две штуки появятся, так они и так появляются, никто и внимания не обратит — все, как обычно. Причина же того, что у Журавля не все ратники новое оружие имеют, может быть какой-то простой. К примеру, недостаток железа. Хочешь заполучить новое оружие — привози свое железо. Тогда понятно, почему свои еще не перевооружены, а на сторону оружие уходит.
— Уходит, не уходит… откуда мы знать можем? — усомнился Корней.
— Погодите… деда, я, кажется, догадался! — Мишка полез в малый подсумок и достал фигурку лиса. — Помнишь, Илья это на капище нашел?
— Помню. И что?
— Это, оказывается, не просто лис, это — Зверь Велеса! Их всего двенадцать штук сделано: лис, медведь, тур, рысь… остальных не помню, но не в этом суть. Считается, что тот, кто соберет у себя все двенадцать зверей, великую силу и власть получит. Я вот сейчас подумал: а если это иносказание? Если каждый из двенадцати зверей когда-то хранился в каком-то одном племени или сильном роду, то получается, что собрать вместе всех зверей — означает собрать под своей рукой роды или племена! С двенадцати племен или обширных родов тьму воинов поднять можно!
