Фиби хочется сказать, что она не желает ничего видеть. Черт, а вдруг мистер Эскимо вообще не дождется ее; жена ждет его дома к ужину. Девочка идет очень быстро.
— Постой! — восклицает Фиби и устремляется за ней.
Она вспоминает слова старухи из новостей: «
Они трусцой бегут между деревьями, через ручей в темную чащу. Фиби хочет повернуть назад, но уже поздно. Она сама не найдет дорогу обратно — здесь нет ни тропинок, ни ориентиров. Везде одно и то же: деревья и камни, деревья и камни. Они спускаются по склону холма, где деревья расступаются перед ними. А потом Фиби видит на некотором расстоянии слева желтую полицейскую ленту, обмотанную вокруг деревьев.
— Туда, — говорит девочка и ведет ее в другую сторону.
— Что это было? — спрашивает Фиби. — То место, где пропала Лиза? Это Рилаэнс?
Девочка улыбается.
— Здесь везде Рилаэнс, мисс.
На ходу девочка начинает напевать мелодию песни, которую Фиби почти узнает. Потом мелодия превращается в «Голубой хрусталь»… это невозможно, никто младше сорока лет не слушает подобную музыку, но именно это она и слышит.
— Что ты поешь? — спрашивает Фиби.
— Я не пою, — отвечает девочка. — Подожди минутку, я скоро вернусь.
Она убегает вперед и оглядывается, чтобы убедиться, что Фиби осталась на месте.
Фиби смотрит на часы, беспокоясь о возвращении на Мейн-стрит, к универмагу, где ждет мистер Эскимо. Она представляет, как он расхаживает между стойками с дешевыми открытками, леденцами из кленового сахара и спреем от насекомых. Он обязательно завяжет беседу с хозяином, как это принято между коллегами по малому бизнесу.
Вокруг тихо. Слишком тихо. Фиби не слышит ни птичьего щебета, ни комариного писка. Она вспоминает молитву «Отче наш». С какой стати ее высекли на обтесанном валуне? Почему бы не написать «Добро пожаловать в Хармони»? Она начинает читать молитву, потом останавливается и обзывает себя идиоткой.
Куда, черт побери, подевались все птицы?
Хруст ветки. Какая-то тень движется за деревьями. Фиби задерживает дыхание и облегченно выдыхает, когда из молодой рощицы выходит девочка в розовом. Она держит в руках бумажный пакет. Фиби смотрит, как она с улыбкой приближается, как болтается маленький компас, пришпиленный к ее блузке.
— Смотри, — говорит она и протягивает Фиби открытый пакет; та берет его и заглядывает внутрь. Сначала она чувствует запах, землистый и отдающий гнилью. Потом она понимает, что комок, на который она смотрит — это вовсе не комок. Это пальцы, распухшие и согнутые.
Фиби вскрикивает, роняет пакет и отступает на шаг.
Девочка разочарованно качает головой, потом берет пакет, открывает его и лезет внутрь. Фиби хочется кричать и умолять ее не показывать, что лежит внутри. Но когда девочка вынимает содержимое, Фиби видит, что это всего лишь перчатка. Коричневая перчатка из толстой кожи, сохранившая форму руки.
— Это его вещь, — говорит девочка.
— Чья? — спрашивает Фиби и подходит ближе. Ей хочется потрогать перчатку, но она боится. Это большая перчатка, покрытая бурыми пятнами и какая-то неправильная. Сбоку, сразу же за мизинцем, пришит дополнительный палец; черные стежки неровные и похожи на хирургический шов. Перчатка Франкенштейна.
Девочка улыбается и нежно поглаживает мягкую кожу дополнительного пальца.
— Короля фей, — отвечает она.
Случайностей не бывает.
Не бывает слепой удачи, везения или совпадений.
Представьте огромную и сложную паутину, которая соединяет все сущее.
Мы можем научить вас видеть эту паутину.
Мы можем научить вас быть пауками, а не мухами.
Вы поймете, как тесно связаны наши миры.
Вы поймете, что это мы, Фаэри, определяем вашу судьбу.
Скоро вы узнаете, что никогда не остаетесь одни.
— Ты уверен, что это правильно? — спросила Фиби, изо всех сил стараясь выглядеть бодрой девушкой, любящей приключения.
Сэм посмотрел на карту и уточнил направление.
— Совершенно уверен, — немного обиженно ответил он. Он уже устал повторять, что они движутся в нужную сторону. Нет, они не заблудились.
Последний дом остался в нескольких милях позади. Они прошли по заросшим полям и коровьим пастбищам мимо заросшего пруда и вступили под сень густого хвойного леса. Вокруг не было никаких признаков цивилизации. Фиби понимала, что пора привыкнуть к этому после пятнадцати лет жизни в Вермонте, но она все еще испытывала нервозность, когда не знала, где находится ближайший «Макдоналдс».
— Где-то здесь есть настоящий вековой лес, — сказал Сэм, переводя взгляд с дороги на карту, раскрытую на сиденье между ними. — Может быть, завтра мы доберемся до него пешком.
