— Там? — я подозрительно кошусь на проводника. Тот кивает еще раз. Обманывать меня он не видит никакого смысла, все неприятности, которые могли случиться — уже случились, и я принесла ему горе. Я фыркаю, ты даже не представляешь, что такое НАСТОЯЩИЕ неприятности, дорогой Юсуф! Он пытается спорить, но я жестом останавливаю его словоизвержение и пристально изучаю, то место, куда он меня привел. То место, где я поимею полноги или полтысячи кредитов, как кому нравится. Матушка! Во мне все обрывается и холодеет. Я перечитываю неприметную табличку, надпись на которой дублируется старым добрым двенадцатеричным штрихкодом. Надпись на ней говорит мне, что проще разбежаться в бетонную стену или прыгнуть с шестого этажа вниз или влететь в толпу рыцарей с морковкой в руке. Или выпить пару баночек морковного пойла моего бронированного приятеля. В общем, проделать все те замечательные вещи, предоставляющие тебе огромный шанс выжить.
— Ты знаешь только одно место, где можно стрясти деньжат? — безнадежно спрашиваю я. Юсуф, у которого появилось свободное время, отвлекается от ковыряния в носу и сообщает, что полноги можно добыть только там. Вокруг нищета по самый пояс и за пару кредитов тебя будут носить на руках, а за пять ты станешь местным королем или богом, как пожелаешь. Есть, конечно, другие места, но это единственное не охраняемое попешками.
— Допустим, — соглашаюсь я, — а тот человек, который сделает то, о чем я попросила, не сможет организовать мне скидку?
В ответ мой собеседник качает головой, пятьсот это нижняя планка, на которую можно договориться. В этом вопросе все просто: пятьсот или ничего. Я поджимаю губы и замираю.
дата публикации:24.04.2023
По дороге в свою берлогу я покупаю бублик в хлебной лавке. Она единственная мягко просвечивает в ночи, витрины остальных заведений темны. Уютный свет плавает в пелене дождя. Захожу в нее вовсе не потому, что мне хочется есть, просто маленькая Беатрикс желает света. Пусть даже и такого — желтого и чахоточного. Света, который еле пробивается сквозь тьму. Старый пекарь улыбается мне и шелестит бумажным конвертиком, заворачивая покупку.
— Как дела, дочка? — интересуется он.
— Так себе, — неопределенно отвечаю я и шмыгаю носом. Дела у меня действительно так себе: навалилась куча всего, которую нужно разложить в строгом порядке. Еще одна проблема в довесок к существующим. Дырявой памяти и безумной жажде солнца.
— Дождь скоро закончится, — уверенно говорит старик. — Я точно это знаю.
Дождь скоро закончится. Морщины паутиной разбегаются по его лицу. Он ставит на прилавок подарок: маленький кекс, верх которого украшен цветной посыпкой. Держи, дочка! Не унывай, скоро все закончится. Конечно же, он меня обманывает, дождь шел вчера, будет идти завтра, и будет идти до конца времен. Я это прекрасно понимаю. И все же благодарно киваю ему, а потом выхожу под падающие капли. В моей груди где-то глубоко тлеет маленькая яркая искра. Почти затухший уголек мертвого костра. Простое сочувствие самая бесценная вещь в любом мире, какой не возьми.
Стены небоскребов уходят в низкие облака. Где-то там Штуковины. Главная магия Старой Земли. Их охраняют, это минус. Но теперь я точно знаю, что маленькая Беатрикс не сумасшедшая и всему есть разумное объяснение. И это большой плюс. Теперь у меня появилась цель. Дело осталось за малым — ее достичь, а в этом я мастер.
Только что выпеченная корка бублика сводит с ума запахом, я грызу ее, укрыв накидкой от дождя. Небольшое удовольствие в океане больших проблем. В моей левой руке зажат трофей, который я прихватила у Клауса: маленький горшочек с хилым ростком. Черт его знает, зачем он мне, что я с ним буду делать. По большому счету со мной такое первый раз. Или не первый? Я хихикаю, смутно помнится, что я где-то была принцессой ненужных вещей, повелительницей барахла. Прекрасная Беатрикс Первая бодро топает в свой временный дом, в чужой одежде, по чужому миру в нелепой шапке с длинным козырьком, захватив на пути никому не нужную вещь. В качестве благодарности от цветовода Клауса за доставку домой. Отпадное зрелище, если не брать во внимание заботы, которые лежат на ее лице тяжким грузом.
Два поворота, тихие улицы, по которым ездят редкие кибертраки. Перед тем как скользнуть во тьму за плиту оглядываюсь на всякий случай, в Нижнем городе надо всегда держать ухо востро, чтобы не попасть в неприятности. В промозглой мгле никого. Слава Матушке вечер и дождь разогнал местных обитателей в теплые постели.
Дома я лениво скидываю накидку прямо на пол. За ночь с нее натечет лужа и останется мокрое пятно, но мне плевать. У меня есть полбутылки Алекзандра и куча времени на размышления в почти полной тишине, прерываемой редкими сиренами ф’томобилей попешек. Кому-то сегодня не повезет, и он отправится наверх, нести мир в чужие земли. Мир и дружбу, которые на поверку оказываются никому не нужны, даже тем, кто их несет.
