Тщательное изучение следов привело к цели – в узком ущелье обнаружился маленький рудник. Узкая штольня уходила в недра горы, оттуда полуголые люди вывозили тачки с пустой породой, скидывая ее в отвал, и тачки с полезными камнями – их разгружали возле большого сарая. Тиамат, изучив рудник в крошечную подзорную трубу, сильно возбудился. Оказывается, местные горцы (все, как один, предельно нечестные люди) частенько баловались незаконными горными разработками. Тарибель богата на полезные ископаемые – здесь во многих местах встречаются медь, серебро и драгоценные камни. Добывать их можно лишь на своей земле, выплачивая при этом немалые налоги. Но нурийцы не любили платить, делая это лишь в тех редких случаях, когда совсем не платить было невозможно. Этот случай таким не являлся – добычу они вели на государственных землях, а не на своих, и власти об этом не уведомляли (что логично). Налогов, разумеется, тоже не платили. Кроме того, раз уж взялся экономить – не стоит останавливаться на полпути. Горцы зарплату рабочим тоже не платили. Поступали очень просто – набирали в городах бродяг, посулами или насильно уводили в свои горы и там приставляли к кайлу и тачке. Самые наглые воровали вполне добропорядочных людей – существовал даже подпольный рынок рабов. В итоге захудалый рудник на самом бедном месторождении мог приносить огромную прибыль.
Сеулу тактика горцев в чем-то даже понравилась – теперь он понял, почему в Тарибели столь редко встречаются попрошайки или подозрительные нищие бродяги. Вот, оказывается, кто очищает города от подобного сброда.
Тиамат настаивал на немедленной атаке: следует освободить работников-невольников и арестовать всех нурийцев. Но Сеул его остановил. Рудником можно заняться лишь после выполнения основной задачи, а до этого надо не высовываться. Никто не должен заподозрить, что по здешним горам шастает серьезный отряд егерей. Если у бандитов есть связь с горцами, они могут об этом узнать и сделать правильные выводы.
В полдень, на обеденном привале, Тиамат, подойдя к Сеулу, мрачно заявил:
– Мы можем провести тут месяц – и ничего при этом не найти. Очень неудобный район. Я и сам не думал, что так тяжело придется.
– У тебя есть предложение по ускорению поисков?
– Есть. Но оно мне не нравится.
– Я понял – ты все же решился переговорить с местными горцами.
– Я этого хочу меньше всего, но почти не сомневаюсь: если логово здесь, то горцы о нем знают.
– Раз они это логово не уничтожили, значит, у них взаимовыгодные отношения с бандитами. Те могут от них откупаться или вообще пристроили к своей деятельности.
– Да, господин Сеул, от этих негодяев всего можно ожидать. Решать вам. Или продолжим бродить по горам, или рискнем. Учтите – еще несколько дней, и придется выходить назад. Лошади на камнях быстро подковы теряют, да и продукты заканчиваются.
– Думаю, стоит рискнуть. Тем более что с нами есть несколько нурийцев. Они, правда, равнинные, но с горцами какие-то дела ведут.
– Правильно – не зря же мы их тащим. Пошлем их. Здесь как раз неподалеку есть большое селение – вмиг доберемся.
Селение оказалось не столь уж и большим. Сеул, разглядывая его сверху, затруднился определить количество дворов – в этом муравейнике не понять, где заканчивается один и начинается другой. Пожалуй, здесь обитало полсотни семей минимум – для горной местности действительно немало.
Одон, с тройкой своих людей спустившись вниз, бесследно растворился среди всех этих сараев и домишек. Сеул, как ни вглядывался, не сумел различить ни малейших признаков суеты, вызванной приходом чужих мужчин. Вообще движения почти не наблюдалось. Лениво гавкали собаки, иногда вскрикивал петух, у речки играла стайка детей, из взрослых хорошо удалось рассмотреть лишь чернобородого сморщенного коротышку, протащившего за собой ишака, навьюченного вязанкой хвороста.
– Где все взрослые? – тихо поинтересовался Сеул.
Тиамат, засевший за соседним кустом, так же тихо пояснил:
– Да где угодно. Могли всей толпой поехать резать кого-нибудь, а может, праздновали удачный грабеж всю ночь и теперь пьяные валяются. Некоторые на пастбищах, за овцами ходят, бывает, и другим честным трудом занимаются – камень на постройки ломают, лес заготавливают. Хотя с лесом я загнул: разрешения на вырубку за всю историю Тарибели ни один горец не оформил, так что честность там и не показывалась.
– Сколько же еще ждать?.. Где же Одон застрял?..
– Может, уже валяется в помойке с перерезанным горлом. Тут это быстро оформляют.
– Я считал, что нурийцы друг за друга горой.
– Это у вас там, в Столице. Там – да, там они друг за друга горло порвут и всех, кто не нуриец, считают врагами. Потому что там у нурийцев итто. А здесь не итто – просто акапо. А раз акапо – то резать друг дружку можно.
– Итто? Акапо?
