Получается как с гильдиями Гарагарахэби. Пока у них тихая возня, все нормально, но стоит им только начать большую бучу, их тут же прижмут. Отчего у них и сложились некоторые правила. Например, не нападать на другую гильдию, когда там идут внутренние разборки.
— Понятно… — пробормотал я. — А император?
— Он часть системы, — пожала она плечами, правильно меня поняв. — Более того, он гарант системы. Нарушит он — бросятся нарушать все остальные. К тому же императорская семья не поднимет на нас руку. Да им это и не нужно.
— Ну да, попробуй откажи просьбе императора переспать с его ставленницей.
— Вам, мужикам, это ничего не стоит, — хмыкнула Атарашики. — Заблокировать камонтоку временно, и вперед, получать удовольствие.
И можно не беспокоиться о детях — уж аристократы-то о них позаботятся.
— А наша репутация в минус не уйдет, если мы будем детей раздавать?
— С чего бы это? — удивилась она. — Ты как-то странно на ситуацию смотришь. Ты мужчина с сильной кровью, к которому будет выстраиваться очередь из благородных девиц. Это им надо стыдиться, а не тебе. И уж тем более не роду, которому принадлежит такой человек. Ведь он именно у нас, а не у них, и это они дерутся за право подложить под него свою родственницу.
— А если бы я был не членом рода, а слугой? — вспомнил я о Казуки.
— Это хуже. Тут уже чистая торговля, а она не дает столько репутации, как… — задумалась она. — Как одолжение члена рода. Если подумать, я и не помню, чтобы какой-нибудь Патриарх был слугой. Их всегда вводили в род. В известной истории, по крайней мере.
— Тем лучше, — кивнул я сам себе. — Я…
— Если это все, то давай посмотрим, подойдет ли наше кольцо к артефакту Древних. Ты что-то хотел добавить?
— Это терпит, давай попробуем, — кивнул я на лежащий перед нами куб.
В конце концов, о Казуки я еще успею сказать.
— Шанс один к двум, как я понимаю? — произнесла она, прикладывая кольцо к выемке в кубе. — Оу!
Еле видимый синий свет, вырвавшийся из куба, раскрыл над нами самый настоящий голографический глобус. Разве что немного странный.
— Береговые линии не такие, как у нас, — произнес я.
— Скорее не такие, как сейчас, — поправила меня Атарашики, задрав голову и разглядывая синий шарик Земли.
— И… это все? — спросил я. — Вот ради этого Токугава фактически исчезли?
— И правда… — произнесла старуха. — Но они ведь и не могли знать, что там внутри. Похоже, кто-то наплел им с три короба, а они и поверили. Но… Это даже раздражает, — поджала она губы. — Не только Токугава, еще и род Аматэру почти исчез из-за этой ерунды. Бред какой-то, — бросила она на пол куб.
Голограмма была четко привязана к одной из сторон артефакта, так что, кувыркнувшись по полу, он остановился рядом со мной, а голограмма теперь наполовину уходила в пол слева от меня.
— Что ни делается, все к лучшему. Зато у нас теперь есть подавитель Токугава.
— С паршивой овцы… — процедила она. — Ладно. Если это все, пора возвращаться домой. Завтра утром тебя ждет спарринг с Каджо, хочу удостовериться в твоей силе, потом будем разбираться с финансами рода, а вечером прием у Отомо.
И, так и не посмотрев на по-прежнему активированный артефакт, поднялась с колен на ноги. До сих пор поражаюсь способности некоторых японцев часами сидеть на коленях. Вслед за старухой поднялся и я, не забыв подобрать куб, протянул его старухе и дождался, когда она еще раз приложит кольцо к выемке на артефакте. Чем хороши устройства Древних, так это тем, что они следуют простой человеческой логике. Раз кольцо активировало артефакт, оно же и деактивирует. Подумал я об этом уже после того, как голограмма потухла, а ведь я и знать не знал, что все получится, просто действовал исходя из собственной логики. «Вкл-выкл» должен быть одинаков, а то включение — прыжок, а выключение — пение как-то бредово выглядит.
— Кстати, — вспомнил я, когда мы уже вышли из храма и подходили к машине, — я ж тебе еще одну важную вещь забыл сказать.
— Видимо, не такая уж и важная, раз забыл, — произнесла старуха, не останавливаясь.
— Ну это с какой стороны посмотреть, — пожал я плечами. — А сказать я хотел о Сато Казуки, пареньке, которого я принял в слуги. Если со мной что-то случится, он следующий кандидат для принятия в род.
— Что? — остановилась она, повернув ко мне голову.
— Он такой же, как я. Патриарх.
— О боги! — простонала она, начав тереть виски.
— Молодой, конечно, слабенький, но тем не менее.
— Боги, боги, боги, — продолжала она бормотать, потирая виски.
Ритуал «Подтверждение чести» требует присутствия члена рода со своими слугами на этом самом ритуале — всего одного, но он должен быть. Эта информация, общеизвестная для тех, кто вообще знает о ритуале, дошла до Анеко далеко не сразу. Но когда дошла… Сначала пришло понимание того, что Синдзи скоро уедет на целый год. Потом — куда именно уедет и что будет там делать. Сказать, что у нее замерло сердце от страха, было бы неверно, но тревога определенно появилась. И чем ближе становился день отъезда, который он озвучил на ее дне рождения, тем сильнее она была.
