Дальше разговор пошел совсем уж о мелочах, но, как говорится, дьявол кроется в деталях, так что я сидел, слушал и вникал, а после окончания совещания направился домой и засел за ноут. В принципе у меня были дела, которые я мог бы поделать на территории базы, — например, заглянуть в вотчину Бокова, — но мне пришла на ум мысль… Хотя нет, эта мысль и раньше была, просто я решил заняться этим всерьез. Чтобы продержаться здесь как можно дольше, нам нужна пусть не поддержка местной аристократии в широком смысле слова, но уж связь с ними точно. Сейчас это сделать будет очень сложно, так как ничего, кроме проблем, мы им не несем. Даже если найдется кто-то, кто захочет воспользоваться нашим вторжением себе на пользу, предложить нам нечего. Да и кто даст гарантию, что наши силы удержатся здесь надолго? Сначала нужно показать, что мы можем это сделать. А ведь альянс кланов под предводительством Кояма тоже когда-нибудь выступит, и если у нас все будет получаться… Хотя нет, будет у нас получаться или не будет, они все равно выступят в самом конце нашего срока. Это если не смотреть на ситуацию в идеальном ее состоянии, то есть если мы будем просто сидеть на месте и уверенно отражать все нападки на нашу территорию. А такого не будет, мы просто не выдержим напора. Ладно малайцы, но им ведь так или иначе будут помогать англичане. Если же все пойдет как я планирую, то под конец года хаос должен твориться на всей территории Малайзии, а в таком случае у альянса Кояма просто не будет гарантии, что мы не отхватим еще больший кусок территории этой страны. И вот тут… они просто не усидят на месте, ведь каждый день промедления будет означать потерю их будущих земель. Точнее, того количества земель, которое они могут захватить. Я это к чему? Что такого мы можем предложить местным, чего они не потеряют в будущем? Можно, конечно, забить на честность и в конце просто развести руками — мол, мы сами в шоке, не думали, что они нападут на вас, но мне такое не нравится. Слово Аматэру будет запятнано в любом случае. Это даже если забыть про слово ведьмака. С другой стороны, можно предложить прикрыть их от альянса Кояма, но, во-первых, это можно будет сделать еще не скоро, а во-вторых, большие шишки на это не купятся, точнее, они и сейчас неплохо живут, чтобы довольствоваться столь малым. Но ведь поначалу нам большие шишки и не нужны. Правда, и предложить мне сейчас нечего.
С кем я мог бы договориться, так это с теми, кого гоняет Махатхир, однако он делал это столь рьяно, что я теперь не уверен в их будущей лояльности. Ненависти у них наверняка накопилось предостаточно. Нам нужен выход на местных, и именно этим я пошел заниматься. Сравнивать карты, территории, на которых сидят аристократы, шерстить в очередной раз отданную мне Охаяси информацию и думать, думать, думать… Участвовать в атаке на первую базу мне смысла нет, там и без меня справятся, даже в атаке на вторую если я и приму участие, то как наблюдатель. И там и там будет решать тактика, артиллерия, шагающая техника и полки пехоты. Один-единственный ведьмак, пусть и моего уровня, там не нужен. Нет, я бы мог пригодиться, но мне же нельзя раскрывать свою тайну, а рисковать этим ради такой мелочи, право слово, не стоит.
— Господин, обед готов, — зашла в мою комнату Цубаки.
— Неси, — чуть улыбнулся я ей.
Можно все-таки попробовать договориться с теми, кто еще воюет с людьми Махатхира. Если верить информации Охаяси, ни у кого из них тут не было родовых земель. Просто они жили на территории округа Мири столетиями. Это действительно их земли, вот только законного статуса родовых они не имеют. И не зря именно эти два рода, живущие тут дольше всех, до последнего отстаивают свои земли — Амин и Латифф поселились тут чуть ли не с самого основания их родов. Беда в том, что эти семейства не так уж и влиятельны в Малайзии, средней руки аристократы. Мне просто нечего с них взять. С другой стороны, с чего-то же надо начинать? Должны же у них быть хоть какие-то связи?
Хотя, откровенно говоря, сомневаюсь я, что они пойдут на сотрудничество. Я бы после резни, устроенной Махатхиром, не пошел.
— Господин? — вновь отвлекла меня от работы Цубаки.
Всего час прошел как она унесла посуду, оставшуюся от обеда. До ужина далеко… Пришел, что ли, кто-то?
— Что случилось, Цубаки?
— К вам гости, господин. Щукин-сан и Кайроку-сан… кажется. Прошу прощения, господин, — поклонилась она. — Я еще не запомнила всех поименно.
— Ничего, — отмахнулся я. — Зови их.
Из двоих зашедших в комнату поклонился только Кайроку, Щукин просто рукой махнул. Ну да это и понятно. Я же указал им на стулья, ожидая, что они сразу приступят к делу.
— По идее, — начал Щукин, — мы могли бы и не приходить, но сам понимаешь — всем прекрасно понятно, кто настоящий командир всего и вся. Так что, думаю, предупредить тебя все же стоит. Вдруг ты будешь против?
— Внимательно слушаю, — кивнул я.
— Мы решили выделить разведку в отдельное подразделение и назначить им командира, — продолжил Щукин. — Об этом у нас был разговор с тобой еще в Токио.
