Стремительная езда на багги по пересеченной местности — не самое приятное дело, а уж ночью — и подавно. С гораздо большим удовольствием Щукин сейчас сидел бы в штабе, но у них и так с Мастерами проблемы, так что пришлось отдать командование операцией Беркутову. И, как подозревал Щукин, сделать это придется еще не раз. Почему не заму Добрыкину? Да потому что он сейчас трясется вместе с ним в подпрыгивающей машине. Мастер же. Благо ехать недалеко — из штаба в центре базы до четвертого блокпоста. Остается надеяться, что больше у партизан Мастеров нет — ну или в игру они вступят позже, когда основные силы подойдут к базе, так как оставшиеся в штабе слуга Аматэру и малаец Махатхира доверия не внушали. В боевом плане. Хотя малаец — и во всем остальном. Щукин и Шмитта с собой брать не хотел, но вовремя вспомнил, что они с Добрыкиным не сыгранная пара, а вот их будущие противники — очень даже может быть. Хорошо хоть сам Аматэру на рожон не лезет — сидит вместе со всеми в штабе. Ну он у них не дурак, хоть это радует.
По большому счету Щукин осознавал, что беспокоится зря — тех войск, которые они оставили на базе или спрятали неподалеку, вполне хватит для отражения атаки, а под конец замеса должны и основные силы подойти, завершив полный разгром противника. Но война — такое дело, уж лучше заранее побеспокоиться, чем получить неожиданный удар в спину.
Роли они распределили, еще когда садились в багги. К сожалению, они с Добрыкиным действительно не были сыгранной парой, а Мориц Шмитт так и вовсе не тренировался во взаимодействии с другими Мастерами. К счастью, в России работали парами, точнее, минимальной группой была именно пара, и пусть вариантов взаимодействия было множество, но определенный базис был един для всех. Основа, к которой пришли за столетия войн. А еще им повезло с Добрыкиным. Так уж получилось, что только у него из всех Мастеров, отправившихся в Малайзию, была материальная стихия, которая для защиты подходила чуть лучше, чем огонь и ветер. Даже у местного Мастера, которого предоставил Махатхир, была стихия ветра. То есть в их двойке именно Добрыкин будет осуществлять прикрытие. Чем он обычно и занимался, в отличие от Щукина, всю жизнь бравшего на себя роль атакующего. Нет, при необходимости он мог и прикрыть, но этим он только на тренировках занимался, а сейчас не время для экспериментов.
Когда они прибыли к четвертому блокпосту, Фанель со своими МД уже вовсю рубился с противником. Заняв со своей ротой позицию в восьми сотнях метров от ближайшего вражеского МД, они устроили активную перестрелку с машинами неприятеля, которые прикрывали малайские Мастера. Ситуация на самом деле патовая — Фанель не мог достать «Вавилоны» противника, но и те не могли нанести особый вред японским «ноль шестым». Впрочем, если дать время противнику, тот наверняка ломанется к ребятам Фанеля. Всего и надо-то немного сократить дистанцию, чтобы вражеские Мастера могли достать их своими техниками. Если бы это случилось… Тут уж как карта ляжет. Слишком многое будет зависеть от мастерства сражающихся. Все-таки десять тяжелых МД против четырех «Вавилонов» и двух Мастеров. Однако с подходом Щукина, Добрыкина и Шмитта расстановка сил у БП4 кардинально поменялась.
— «Щука» — Штабу, прием! «Щука», ответьте Штабу…
— «Щука» на связи, прием, — откликнулся Щукин, подняв руку, чтобы остановить своих людей.
Что там у них произошло? Да так не вовремя. Еще пару секунд, и они сорвались бы в бой.
— БП12 атакован значительными силами противника. Отмечены пять тяжелых БРов и два Мастера. Принято решение перекинуть туда Француза. С вами остаются две машины. Прием.
— Слуга со Снежинкой уже выдвинулись? Прием, — спросил он напряженно.
— Так точно. Подкрепление уже движется к БП12. Прием.
— Принято. Мы тут справимся. Отбой.
— Отбой связи.
Переключившись на общую связь их маленького отряда, облаченного в легкую броню и многофункциональные шлемы, Щукин произнес:
— Дело дрянь. Восемь машин Француза нужны в другом месте, так что придется справляться самим. Тактику немного изменим. Мы с Добрыкиным берем на себя их Мастеров, а ты, Шмитт, полностью переключаешься на вражеские машины. Наши МД тебе помогут. Как только разберетесь с ними, переведешь огонь на наши цели. Бьешь только между нашими техниками. Старайся не атаковать вместе с нами. Секунду, — прервался он, получив сигнал вызова.
— Это Француз, Антон Геннадьевич, вам уже передали, что мы уходим?
— Да. Не лучшая новость.
— Я оставляю с вами две машины. Вас же там трое?
— Трое. Есть идеи?
— Если один из вас сможет прикрыть оставшуюся двойку, мои ребята вынесут технику противника. Пять минут — сблизиться и уничтожить.
Щукину хватило нескольких секунд, чтобы просчитать предложение Фанеля.
— Двое против четверых, справитесь?
— Запросто.
— Тогда пусть действуют. Мы займем вражеских Мастеров. Как уничтожат технику противника, пусть отойдут и не мешают. Постреливать разрешаю, но без взрывов.
— Принято. Отбой.
