— Отслеживание в Интернете наших врагов. Врагов России. Еженедельные отчеты по их работе. Сбор всевозможных слухов по базе. Это пока. Позже — посмотрим на ваши успехи и, возможно, переведём на более высокую должность. Как видите, ничего криминального.
— А если я не соглашусь?
— Оплата в евро, — подал голос Валерий. — Тысяча в месяц. Чистыми.
— Если откажетесь… — мило улыбнулся Алексей. Так мило, что Боря опять вспотел. — Тогда мы просто уйдем и больше никогда вас не потревожим. Жаль, только, что ваши эмоциональные сильные статьи в защиту национал-социализма останутся пустым трёпом. В новой России вам места не будет. Ей нужны люди дела, а не трепачи.
— В какой новой России? — пролепетал Боря.
— Об этом вы узнаете, если…
— Я согласен! — почти всхлипнул вконец протрезвевший Боря.
— Вот и ладушки. Вот и хорошо! — опять улыбнулся Алексей. — Тогда поехали?
— Куда? Я не могу, меня мама ждет.
Мужики не выдержали и расхохотались, переглянувшись.
А потом встали, громко отодвинув стулья и пошли к выходу, продолжая смеяться.
Боря не выдержал этого смеха и, вскочив, побежал за ними.
— Эй! А счет! — почти подпрыгнула официантка. Охранники моментально проснулись на крик, Боря, не глядя, бросил пару крупных купюр на стол и почти побежал вслед за Алексеем и Валерием, уже скрывшихся в дверях.
Тыц-тыц-тыц-тыц!
«Успел, слава Богу!» — мелькнуло в пухлощекой голове Бори, когда он увидел их — неспешно курящих у неброского автомобиля. «Маскировка!» — понял он и неуверенно подошел к мужчинам.
Те молча бросили окурки на асфальт, поливаемый октябрьским дождем и стали садиться. Алексей кивнул Боре на дверь. И тот, едва не упав, споткнувшись о бордюр, почти запрыгнул в заднюю дверь.
Ехали долго и молча. Даже музыка не играла. Боря пытался было заговорить, но ни Алексей, уверенно державший руль, ни Валерий не реагировали на его вопросы.
Город стал заканчиваться. Пошли какие-то коробки промзоны, затем лес, затем они свернули куда-то в темноту. Лишь бесконечный дождь оставался тем же, что и полчаса назад.
Влажная тьма молчала, окутывая машину и сидящего в ней Борю ватным одеялом неопределенности и беспокойства.
Внезапно машина остановилась.
— Приехали. Выходим. — сказал Валерий.
Боря шагнул новомодным ботинком прям жирную грязь. Ругнулся про себя и огляделся. Вокруг стояли мрачные гигантские здания, раззявившие бесстекольные хищные проёмы чёрных окон. Здания были не то недостроены, не то заброшены. Где-то на ветру звякала какая-то жестянка.
— Пойдем, — сказал Алексей.
Боря кивнул и зачавкал грязью за ними, неуклюже подобрав полы длинного пальто. Какое-то странное чувство копошилось в душе, намекая ему — беги! Беги! — но он понимал, что это уже бесполезно.
Потом они зашли в какой-то проём в стене одного из зданий. Под ногами что-то противно захрустело. Так противно, что зубы заныли и в животе заурчало.
Валерий ткнул пальцем в стену — что-то немедленно загудело, зарычало, затряслось и тут стена раздвинулась, ослепив Борю ярким светом. А потом они зашли в лифт и стали спускаться.
Через пару минут лифт остановился. Они вышли в маленький коридор. А потом пошли по белому линолеуму, оставляя на нём грязные следы.
Около одной из неприметных дверей остановились.
— Тебе туда, — подтолкнул Алексей Борю к двери.
— Аааа…
— А у нас еще дела! — и почти запихнули Борю в комнату. А потом, улыбнувшись друг другу, пошли по этим самым своим делам.
В комнате было пусто. Стол и стул. Стул был свободен, а за столом, развалившись в кресле, сидел невысокий очкарик, который внимательно изучал лист бумаги и, время от времени, водил по нему ластиком, что-то стирая.
Боря кашлянул.
Очкарик устало посмотрел на него:
— Новенький? Присаживайтесь.
Боря сел.
Очкарик взял другой лист.
— Имя, фамилия?
— Борис… Волков Борис.
Очкарик не представился в ответ. Просто почеркал чего-то у себя.
— Какой псевдоним предпочитаете?
— Э? — не понял Борис.
— Псевдоним. Позывной. Второе имя, — устало произнес человек.
— Вольф.
— Есть уже. Напрягите фантазию.
— Мммм… Камерер, — вдруг вспомнил Боря еще в детстве читавшему фантастику.
— Был такой.
— …?
— Предал. Поэтому и говорю — был.
— Гауптман!
— Необходимо нейтральное прозвище.
— Вы юрист? — вдруг догадался Волков.
Очкарик кивнул:
— Рысь. Меня зовут Рысь.
— Тогда я Россомах.
— Есть.
— Блин… — расстроился Боря.
— Берите Абрам и не выделывайтесь.
— Почему Абрам? — удивился Боря.
— Ни почему, — ответил Рысь. — Без ассоциаций. Теперь заполните анкету. И лучше не врать.
— А что будет? — тихо испугался Борис.
— Предательство. Враньё равно предательство. Быть честным — одно из качеств настоящего вервольфа.
— А остальные?
— Остальные узнаете в свое время.
Анкету Боря-Абрам заполнял минут пять. Лёгкая анкета. Возраст, пол, вес, место жительства, контакты. И подпись — «я согласен».
После того, как он заполнил небольшой лист, Рысь кивнул:
— Вы свободны.
— А куда мне сейчас? — спросил Боря.
— Вас встретят и проводят, Абрам.
Когда дверь за Борей закрылась, Рысь достал рацию:
— Первый? Первый, Объект прошел регистрацию. Кто встретит? Понятно.
Потом он собрал бумаги и выкинул их в урну…