— Вы молодо выглядите для своих лет. Я имею в виду, для женщины, которая уже была замужем во время войны.
— Я вышла замуж в семнадцать лет.
— Значит, сейчас вам?..
— Тридцать три.
— На вид вы гораздо моложе.
— Спасибо.
— Я едва дал бы вам двадцать один.
— Спасибо, но это не так. Правда.
Какое-то время они молча смотрели друг на друга.
— Странно, — сказал Хейз. — Такой магазин и в таком районе.
— Да, я знаю. Именно поэтому я здесь.
— То есть?
— Люди в этом районе и без того лишены многого. Так пусть хоть книги у них будут.
— У вас много покупателей?
— Сейчас больше, чем вначале. Честно говоря, магазин держится на канцелярских товарах. Но теперь дела идут лучше. Вы не поверите, как много людей хотят читать хорошие книги.
— Вы не боитесь здешних жителей?
— С какой стати? — удивилась она.
— Ну… для такой интересной женщины это, пожалуй, не совсем подходящее место.
На ее лице отразилось удивление.
— Район, конечно, бедный, но бедный еще не значит опасный.
— Да, вы правы, — согласился он.
— Люди есть люди. И люди, живущие здесь, ничуть не хуже и не лучше тех, кто живет в шикарном Стюарт-сити.
— Где вы живете, мисс… миссис Максуэлл?
— В Айсоле.
— Где именно?
— Почему вы спрашиваете?
— Я хотел бы увидеться с вами.
Кристин помолчала. Она внимательно посмотрела на Хейза, точно хотела прочитать его мысли. Потом она сказала:
— Хорошо. Когда?
— Скажем, сегодня вечером?
— Хорошо.
— Подождите, — он задумался. — Ну да, в любом случае в восемь все будет кончено, — сказал он, словно про себя. — Да, сегодня было бы неплохо.
— Что будет кончено в восемь?
— Дело, над которым мы работаем.
— А откуда вы знаете, что все кончится в восемь? У вас есть волшебное зеркало?
Хейз улыбнулся.
— Об этом я расскажу вечером. Так я заеду за вами? В девять не поздно?
— Завтра рабочий день, — напомнила она.
— Я знаю. Думаю, мы немного выпьем и поболтаем.
— Хорошо.
— Куда мне заехать?
— Сороковой бульвар, семьсот одиннадцать. Вы знаете, где это?
— Найду. Счастливое число. Семь — одиннадцать.
Кристин улыбнулась.
— Как мне одеться?
— Если вы не против, я предлагаю посидеть в каком-нибудь тихом коктейль-баре.
— С удовольствием. Только, пожалуйста, с кондиционером.
Они помолчали.
— Скажите, вы очень не любите, когда вам напоминают о белой пряди на виске? — спросила она.
— Совсем нет.
— Если да, я не буду спрашивать.
— Можете спрашивать. Меня ударили ножом. На этом месте выросли белые волосы — загадка, которую медицине еще предстоит разрешить.
— Ножом? Вы хотите сказать, какой-то человек ударил вас ножом?
— Совершенно верно.
— О-о…
Хейз посмотрел на нее.
— Такое… знаете… Иногда и такое случается.
— Да, конечно. Наверное, детективы… — Она замолчала. — Что вы хотели узнать насчет бумаги?
— Много у вас ее?
— Вся бумага поступает ко мне от Картрайта. Эта приходит в стопах и в пачках поменьше — по сто листов.
— Расходится много?
— Маленьких пачек много, а стоп поменьше.
— Сколько маленьких пачек вы продали за последний месяц?
— Это трудно сказать. Много.
— А стоп?
— Со стопами легче. Я получила в конце июня шесть стоп. Можно посчитать, сколько осталось.
— Будьте добры, — попросил Хейз.
— Конечно.
Она прошла в глубь магазина. Хейз взял с полки книгу и стал листать ее. Когда Кристин вернулась, она сказала:
— Это одна из моих самых любимых книг. Вы ее читали?
— Да. Очень давно.
— Я прочла ее еще девочкой. — Она улыбнулась, потом перешла к делу: — Остались две стопы. Хорошо, что вы заглянули. Надо сделать новый заказ.
— Значит, вы продали четыре, правильно?
— Да.
— Кому — не помните?
— Я знаю, кому продала две стопы, насчет двух других не помню.
— И кому же?
— У меня есть постоянный клиент — молодой человек, который покупает не меньше стопы каждый месяц. Главным образом для него я и заказываю бумагу.
— Вы знаете его имя?
— Да. Филип Баннистер.
— Он живет в этом районе?
— Думаю, да. Он всегда одет так, словно на минутку вышел из дому. Однажды он пришел в шортах.
— В шортах? — с удивлением переспросил Хейз. — В этом районе?
— Люди есть люди, — напомнила она.
— Но вы не знаете, где он живет?
— Нет. Должно быть, где-то поблизости.
— Почему вы так думаете?
— Он часто приходит с полной сумкой продуктов. Я уверена, что он живет рядом.
— Проверим, — сказал Хейз. — Итак, увидимся в девять.
— В девять, — подтвердила Кристин. Она помолчала. — Мне… хочется, чтобы скорее наступил вечер.
— Мне тоже, — ответил он.
— До свидания.
— До свидания.
Когда он выходил, над дверью звякнул звонок.
Согласно телефонной книге, Филип Баннистер проживал на Десятой Южной улице, 1592. Хейз позвонил в участок, чтобы Карелла знал, куда он поехал, и отправился к Баннистеру.
