Это было такое классическое, старомодное свидание, что меня не покидало странное чувство – оно не могло случиться со мной. Скорее его аккуратно вырезали ножницами с ажурным краем из английского романа Викторианской эпохи; наше свидание можно было вставить в раму и повесить здесь же, в Эрмитаже. За два года до окончания календаря майя и всеобщего апокалипсиса мы как ни в чем не бывало переходили от картины к картине, разглядывая полотна Рембрандта и Рубенса Веласкеса и Караваджо, и чуть касались друг друга руками, немного – только для того, чтобы обратить внимание на новую картину. Это было маленькое, живописное свидание длиной в километры картин, или двадцать песен Фрэнка Синатры, или несколько быстрых снов...
Через два часа, притомившись от вкушения духовной пищи, мы осели в уютном ресторане «Старая Таможня» – в этот раз я дала себе слово не проводить рискованных экспериментов с едой и заказала спаржу под ореховым соусом.
– У тебя прекрасный вкус, – отозвался Сергей, посмотрев в меню. Этот ресторан с английским менеджером и вправду был одним из самых проверенных заведений города.
Между горячим и десертом, которым в этот раз стала нейтральная сырная тележка, у нас состоялся особенный разговор. Разговор, значение которого я поняла намного позже. Сейчас же он имел только один смысл – тот, который могла иметь прелестная, пустая болтовня мужчины и женщины, если они познакомились друг с другом на вечеринке один календарный месяц тому назад.
– Чего бы ты хотела от отношений... или от мужчины, который находится рядом? – неожиданно спросил Сергей. В полумраке ресторана очки чуть заметно поблескивали, отливая синим, но выражение его лица было не разобрать.
– Мне... наверное, хочется, чтобы человек рядом был интересным. Умным. Сильным. Гораздо сильнее, чем я, – сказала я, помолчав. – И.. пока что этого достаточно.
– А семья? – спросил Сергей. По его голосу было невозможно понять, что именно он имеет в виду.
Вот бы где мне пригодился запасной вариант! Даже в виде Нинки. Внезапно шокирующая догадка пронзила меня, и я вздрогнула. Все это я уже видела как минимум в сорока голливудских фильмах! Случайное знакомство, разлука на месяц, радость встречи и идеальное свидание, ужин за белой скатертью при свечах! Все это было слишком... романтично. Я всерьез испугалась, что сейчас, вот сейчас этот человек полезет в карман и достанет оттуда обручальное кольцо. «Будь моей женой!» – промолвит он и станет на колено вот тут, на этот белый коврик. В принципе, такой жест логично вписывался в общую до абсурда изящную картину вечера. Только в данный момент это было бы так же уместно, как огромный веник лилий с доставкой в подарок на день рождения.
Я очень испугалась:
– Эээ...ммм....ааа.... ну... Я не зациклена на браке... – Я произнесла самую главную ложь каждой незамужней девушки, которую так любят слышать мужчины. – Когда-нибудь, кто знает... – И я опасливо покосилась, не тянется ли он в карман за кольцом. Сердце мое бешено колотилось.
Казалось, он был очень доволен моим ответом. Как будто я только что прошла какой-то тест, смысла которого пока не понимала. Уж не знаю, чего такого особенного я сказала, только он и вправду потянулся к внутреннему карману пиджака. Я вздрогнула и судорожно отпила вино из бокала. Сергей немного повозился и достал из кармана... бумажник. Чаевые были более чем щедрыми.
Мы расстались у парадной моего отеля на Невском, прощальный поцелуй наконец последовал. Он был неплох.
– Сто лет я не целовался у подъезда, – улыбнулся Сергей, сжимая меня в объятиях.
Он даже не попытался войти в холл, и я высоко оценила его старомодную деликатность. Мы поцеловались еще раз, и я шмыгнула в отель.
Открыв номер, я сбросила туфли и шлепнулась на кровать, пытаясь собрать свои чувства воедино. Мне было радостно и невероятно грустно одновременно; казалось, жизнь вот-вот необратимо изменится и уже никогда не будет прежней. Я не знала, хочу ли я этого, не знала, в моей ли власти что-нибудь изменить. Я вскочила и подбежала к распахнутому окну; летний ветер рвался в комнату, путая занавески, где-то под окном играли джаз. Чувства переполняли меня. Я была бы готова просидеть, не включая света, до самого утра, но завтра мне нужно было работать.
Эта мысль вернула меня к реальности; я нехотя побрела в душ и, уже ложась в кровать, выяснила, что чертовски устала. Я заснула, едва моя голова коснулась подушки.
Утром я наслаждалась одной из самых приятных частей любой командировки – возможностью позавтракать, сидя за хрустящей белой скатертью, в отеле с хорошим видом из окна. Этот час, который вы проводите наедине со своими мыслями, и причем имеете на это законное основание, помогает выстроить весь ближайший день. Вспомнить все, что необходимо сделать. Собраться. Задуматься о жизни. И все это без отрыва от горячего какао с круассанами – это ли не счастье?! Вот только сегодня мысли мои были слишком далеки от работы. Я вспоминала вчерашний вечер и продолжала чувствовать неловкий, грубоватый, волнующий поцелуй на своих губах.
