— Ну что ты взметался? — Айда смотрела на юношу с нескрываемым презрением и жалостью, когда тот в двадцатый раз вернулся в класс, чтобы посмотреть, а вдруг Янника всё-таки вернулась. — Тебе же нормальным хротгарским языком сказали, она в зале отдыха!!! Чего ж ты тут круги наматываешь? В зале не пытался смотреть?!
— Да нет её там! — не на шутку обиделся Гейт, и его губы, поджавшись, подозрительно задрожали.
— Ты сейчас реветь собрался? — удивлённо предположила Айда, вглядываясь в мальчишескую обиженную физиономию!
— Вот ещё! — возмутился Гейт и шмыгнул носом на всякий случай.
— Ааа!
Вот блин — бесит!
— И что это значит твое «ааа»? — насупился парнишка и стал очень похожим на Дуську.
Айда пожала плечами.
— Сказала «а» — говори «б»!!! — взвился Гейт.
Девушка покачала головой:
— Я подумала, что плакать как-то непродуктивно. А чего ты с Янникой не поговорил раньше, вы ж вместе сидите!
— Да дело непростое. Не хотел впопыхах… — сразу сбавил тон Гейт и почесал вихрастую рыжую макушку.
— Ааа!
Гейта скривило всего от этого девчачьего «ааа» — то ли сочувствует, то ли издевается! Как понять?!
— Слушай, дубина! — усмехнулась вдруг девушка. — А ты точно во всех залах смотрел?
— Что значит «во всех»? — резко подобрался Гейт и надвинулся на Айду, прекрасно понимая, что она открыто издевается и не желая теперь это ей спускать.
Только Айда вдруг рассмеялась и снова села за парту, проигнорировав и напрягшуюся фигуру парня, и его агрессивно-драчливую позу.
— «Во всех», Гейт Ульвен, это значит «во всех»! — девушка расслабленно откинулась на стул и посмотрела на озадаченного парня снизу верх.
— Я весь зал обошёл по нескольку раз…
— На первом этаже? — ехидно уточнила девушка, всё также рассматривая Гейта с нескрываемой насмешкой.
— На первом, — тихо подтвердил юноша, уже чувствуя себя последним идиотом.
— А у нас сколько залов? — улыбка девушка стала ещё шире, потому что Гейта нужно было добить!
— Два! — выдохнул парень, прозревая. — От я … Но там же…
— А что там же? — девушка саркастично приподняла бровь. — Преподаватели? Ну и как это меняет тот факт…
— Вот я болван! — прервал девушку Гейт.
Айда кивнула, подтверждая эту явную мысль, и теперь выражала всем своим видом невероятное довольство:
— А кто с этим спорит?!
— Вот я болван! — снова повторил Гейт и рванул с места.
А в это время Айда, наблюдая, как тот заполошно выбегает из класса, неожиданно серьезно решила для себя, что этого несносного болвана нужно срочно прибирать к рукам. А то с его сообразительностью он пропадёт ненароком в этом суровом мире без мудрой женской руки. И ещё нужно было поскорее выяснить, о каком таком «непростом деле» Гейт хочет сообщить Яннике. Ведь если заниматься кем-то, то нужно это делать всерьёз и основательно!
***
Янника сидела рядом с Ригом близко-близко. И её мягкое, нежное бедро горячо и волнительно касалось крепкого, твёрдого, мускулистого юношеского тела. То и дело при любом, даже самом маленьком движении, на одно сладкое мгновение, сплетались друг с другом локти, плечи, запястья, волосы, дыхание. На лавке много было места, и кому-то из двух сидящих вполне можно было отодвинуться на безопасное и удобное расстояние. Но никто не хотел переместиться даже на хротгарскую йоту.
Уже давно был подъеден туесок, и красивая рука Янники с тонкими пальчиками, словно существуя сама по себе, аккуратно вытирала со стола влажной салфеткой со школьной монограммой остатки трапезы. А привычной лёгкой болтовни не получалось. Вязкая тишина обрывала все разговоры, заставляя ощущать пространство вокруг тяжёлым и плотным. Потому что Риг хотел сегодня сказать девушке многое. Важное. Очень важное.
Они молчали, и Янника, словно предчувствуя что-то, нервно кусала краешек своей нежной розовой губки. От этих губ юноша никак не мог оторвать свой взгляд. Но долго так продолжаться не могло.
Риг набрал воздуха и наконец решился:
— Ты очень красивая, Янника!
Девушка издала приглушённый то ли всхлип, то ли смешок:
— Кто-то из нас очень наблюдателен!
— Смеёшься?
Ироничный вздох:
— А что мне остается, Риг Свенс, ну не спорить же с тобой об очевидном?
Долгая пауза.
— Думаешь, вёльва Хейд разрешит мне ухаживать за тобой?
Рука Янники, в десятый раз стиравшая на обеденном столе одно и то же не существующее пятно, замерла.
Потом выдох и почти язвительное:
— Мама Хейди? Я не стала бы считать преградой её… Лучше заручись для верности согласием своего доморощенного матриарха.
— Матриарха? — непонимающе переспросил Риг.
И столько искреннего недоумения было в этом голосе, что Янника снова с трудом сдержала ехидство:
— Разве Дуоссия Свенс давала тебе разрешение ухаживать за мной?
Риг беспечно выдохнул, не до конца понимая, дразнит ли его Янника:
— Дуоссия Свенс? А! Торгский крас! Дуська? Дуська! Её разрешение? Ты серьёзно?! Вот уж с кем договориться легко!
Янника стрельнула взглядом недоверчиво:
— Ой ли?!
Риг неуверенно кивнул, прикидывая, насколько девушка серьёзна. А Янника говорила серьёзно! Тогда Риг Свенс, откинув резким движением с лица прядь волос, падавшую на глаза, поджал губы в упрямую линию:
