– Это ты забрал у меня руки и ногу? – вдруг заговорил робот непонятным певучим голосом, напоминающем звук саксофона.
«Что за пиздец происходит? Как он говорит? Как он сразу подозревает меня, если все это время был выключен?» – недоумевал робот.
– С чего ты это взял? Я нашел тебя в таком плачевном состоянии.
– Да? Но почему-то я чувствую в твоих руках и правой ноге мой свет… – говорил робот и склонился к капоту.
– Да что ты несешь-то? В любом случае раз ты разумен, то давай вместе успокоимся и обсудим все случившееся!
В один момент что-то в машине зашумело и зашевелилось. Двигатель аккумулятор, коробка передач, трубки и прочее начало разбираться, взлетать вверх и соединяться с плечом робота, образуя руку. Отец, видя это, потерял дар речи и позабыл обо всем.
– Ч-что… Что ты делаешь? – спросил он, тряся своей головой в попытках сбросить увиденное на простую иллюзию.
Робот не ответил и вслед за первой рукой начала вырастать вторая таким же образом. В это время робот посмотрел на уже созданную руку, на ней было только три больших пальца, он задвигал ими так, словно эта часть его тела всегда ему принадлежала. Следом собралась и вторая рука. И тут робот посмотрел на своего собрата, отец не мог прочитать его эмоции, его мысли. Робот побежал прямо в сторону к отцу, не произнося ни слова. Его неполноценная нога не позволяла ему бежать в полную скорость. «Если подойдет близко, я уничтожу его одним выстрелом. Наше самое уязвимое место в шее, на ней нету бронепластин, зато есть куча проводов, соединяющих наш «мозг» с реактором и центральный позвоночник. Один выстрел вблизи в его шею, и он перестанет работать.»
– Остановись, мы ведь как братья! – но робот не реагировал, у него вообще не было страха, он даже не пытался уклониться от пуль, он вел себя как недоразвитый.
Подойдя на достаточное расстояние, робот уже поднимал руку, но сокрушительный выстрел из дробовика прямо в шею прервал его, посыпались искры. Елена, которая до этого смотрела за всем этим с дрожью и ознобом от страха, вскрикнула и закрыла лицо руками. Голова робота после выстрела накренилась чуть назад и было видно оголенное месиво из пластмассы, резины, металлических мышц и проводов. Тело робота упало, и отец тут же навалился на него. Папа обнажил свои наручные клинки и перекрестил их рядом с шеей робота, но вдруг его оттолкнуло что-то, чего сам отец даже не смог разглядеть. Отец отлетел на метр назад и увидел, как робот, которому разорвало добрую часть структуры шеи, поднимался на ноги, при этом не используя ни рук, ни ног. Скорее он поднялся как ведомая марионетка, будто что-то взяло его за туловище.
– Убью… – пробормотал он.
Отец схватился за дробовик, перезарядил цевье и отскочил от робота, который уже почти напрыгнул на него. Но не успел отец нацелить на него свое оружие, как почувствовал мощную силу, разрезавшую ему бронепластины на корпусе, отец отлетел аж на два метра от робота. Спартанец подумал, что робот ударил его рукой, но Елена узрела ситуацию в полной мере. Робот даже не достал до ее отца рукой, он взмахнул своей созданной конечностью, и спартанца ударила незримая сила, оставившая на его корпусе существенный порез. Не вставая с пола, отец выстрелил в шею робота еще раз, тот опять застопорился и попятился назад. Спартанец резко подскочил на ноги и со всей силы атаковал робота с ноги прямо в голову, та оторвалась и полетела, как мяч, приземлившийся около Елены.
– Уа-ай! – Елена, сидя на земле, сжалась.
Пока тело робота еще даже не упало, отец засунул дуло дробовика прямо ему в шею и выстрелил.
– Ненависть… Страх… – вдруг заговорила голова робота, которая должна уже быть отключена от реактора.
Елена вскрикнула и оттолкнула голову руками от себя. Спартанец подбежал к Елене и приставил дуло к голове, но она больше не издавала звуков. Больше он не решил атаковать. Робот простоял так еще несколько минут, следя за туловищем и головой врага, пока девочка рыдала, сидя на земле. Затем и отец уселся на землю, склонил голову и прикрыл лицо рукой.
– Я… столько времени провел в новом мире и так и ничего, блять, не понял… Ничего! Единственное разумное существо владело чем… м-м… телекинезом? И сразу захотело меня убить! ЧТО ЗДЕСЬ ТВОРИТСЯ?!
Елена подсела к роботу и прижалась к нему.
– Папа, тебе страшно?.. Мне страшно…
– Мне тоже, Елена, мне тоже… И я тоже так ничего и не понял про этот мир. – робот осознал, что сейчас ему точно не следовало отвергать ее, как тогда, хоть и на разговор у него не было никакого настроения.
– Что мы будем делать? – прохрипела сквозь плач девочка.
Робот взял паузу.
– Выживать… Ничего не остается. Я буду защищать тебя до конца.
Елена прижалась еще сильнее.
– А кто тебя защитит? – спросила она. – Я ничего не могу.
– Дети растут, а потом, вырастая, заботятся о своих родителях. Так что пока что мне придется защищать нас обоих, а потом мы будем защищать друг друга.
– А этот робот… умер?
Отец решил, что с этого момента он больше не будет пренебрегать ее желанием узнать все в полной мере, на самом же деле, почти во всем.
