Пришел, увидел, победил – это замечательно. Но почему никто не задумывается, что делать дальше? А дальше-то приходится делать ревизию. Потому что я не представляю, что надо было сделать с казной, чтобы вот так…
Месяц!
Меня не было месяц!
Денег тоже нет и не предвидится. Зато есть куча долговых расписок. Ситуацию быстро проясняет Рене.
Девять турниров, двенадцать балов, три фейерверка!
Я планировал на эти деньги построить два моста и снарядить полк. Наивный полудемон!
С-скоты! Твари! Все сдеру. С процентами! Погулять захотелось?!
Вы мне всем Риолоном будете компенсацию выплачивать! А еще лучше…
Обойдусь без компенсации. Будет провинция Раденора – Риолон. И точка.
Планы одобряются всеми и сразу. Томми не прочь повоевать, Рене и Анри нравится сама идея. Марта довольно потирает руки. Проблема одна – на престол после меня должен будет взойти мой ребенок от Дариолы. Другого не примут.
Кровь, знаете ли…
Ну и ладно.
Ребенок у нас будет, а если отнять его у матери вскоре после родов и поручить Марте… Меня вырастили – и с четвертьдемоном справятся. Но это дело будущего, а сейчас – работать.
Дариола вроде бы хочет увидеться со мной, но я посылаю фрейлину в дальнее путешествие. У меня куча неотложных дел – и это важнее жены-предательницы.
Особенно одно дело…
Его я отложить не могу. Оно должно быть сделано этой ночью. Так что на закате я отправляюсь в подземелье.
Марта встречает меня в ритуальном наряде некроманта – длинная черная мантия, рукава по локоть, полуобнаженные руки уже окровавлены, ритуальный кинжал – тоже…
У ее ног вьется змея.
Хранитель доволен и сыт, я это вижу и понимаю. За сегодня он поглотил более трех десятков душ – и теперь алые глаза горят в полумраке, словно два солнышка. И ритуал еще не закончен.
Своей очереди ждут еще два десятка человек.
Но сейчас…
Сейчас я не могу продолжать ритуал. Мне надо поговорить с Крысиным королем. Благо в подземелье не надо ничего рисовать. Многое для своих потомков оставил Алетар Раденор, очень многое.
Призыв удается легко – и уродливая тень возникает над пентаграммой.
– Некромант.
– Король, – приветствую его я. – Как твоя охота? Ты насыщаешься?
– У меня тринадцать дней, некромант. Ты помнишь договор?
– Разумеется. Я не хочу отзывать тебя раньше времени, но я хотел предложить тебе кое-что еще.
– Что?!
Заинтересованность сквозит в каждом движении. Крысиному королю редко предлагают такую богатую добычу. И он доволен. Доволен мной, как некромантом.
А еще для него важна моя кровь. Я ведь наполовину демон – и Король также принимает меня за своего. Хотя изначально мы все – коварные и неблагодарные твари, но определенная иерархия, определенная субординация есть и у демонов. Они склоняются перед теми, кто сильнее, и гнобят слабых.
И – да. Они вовсе не обязательно жрут друг друга.
Случается, да. Но в основном – это человек человеку волк. А демонам надо быть осторожнее. Зло деятельно, зло контактно, зло притягательно – именно потому, что его мало. Расслабься – и его уничтожат.
Это добро может позволить себе быть слегка аморфным, потому что добра – много. А зло…
Чтобы жить, и жить хорошо, нам надо быть очень активными. И – уметь договариваться.
А потому Король смотрит на меня с интересом.
– Есть человек, которого я хочу тебе предложить. Она не храмовник, она королева.
– Твоя королева?
– Моего дяди. Он был королем, она – его женой.
– Не по рождению…
Король чуть разочаровывается.
– Она коронована по всем правилам, она родила ему детей…
– Ты отдаешь мне ее?
– Душу, тело, кровь, жизнь, смерть, посмертие, – произношу я старую формулу.
Марта понимает быстро.
– Абигейль…
Опускаю ресницы.
– Так отдаешь?
– Предлагаю договор. Твои слуги находят ее. И мы приходим вдвоем. Я хочу видеть ее смерть.
Король раздумывает недолго. Возможность получить еще одну душу, к тому же из королевского рода… Пусть не рожденную, но коронована Абигейль была по всем правилам.
– Я нахожу ее. Мы приходим вместе. Ты отдаешь ее мне.
– Я хочу присутствовать.
– Ты видишь ее смерть. Окончательную.
– Только ее. Ты забираешь только ее.
– Ладно.
Это уже звучит недовольно. Но… перетерпит!
Я не зря торгуюсь с Крысиным королем. Я знаю, что Абигейль уехала из монастыря, и я более чем уверен, что она уже предупреждена. Она знает, что я вернулся.
Что она сделает в такой ситуации?
Спрячется так, что ее никто не найдет.
От магического поиска защитит магия. От людей всегда есть убежища. Но крысы…
Крыс она предусмотреть не могла.
А тем не менее эти твари есть везде. Они пролезут, подслушают, проскользнут в такую щелочку, куда и солнце не заглядывало.
Они могут. Надо только…
Вот этот миг – самый неприятный.
– Мама, подстрахуй меня.
– Да, Алекс.
Марта занимает место у одного из лучей пентаграммы. Ритуальный кинжал в ее руке не дрожит, случись что – она сначала уничтожит Короля, а уж потом оплачет меня. И он это понимает. Еще как понимает, потому что во взгляде, брошенном на Марту, сквозит опасение.
Ему ли не знать, как опасна самка, которая защищает своих детенышей? А уж человек там, крыса, птица… разве это важно?
За своего ребенка и мышка тигром кинется.
