Выругавшись, она вернулась во двор, вошла в дом и принялась карабкаться по лестнице. Остается лишь надеяться, что дерзкий паренек накатается вдоволь и вернет велосипед в целости и сохранности. Хульда в очередной раз отругала себя за безрассудство. Как ее снова угораздило? Почему она с завидным постоянством попадает в ситуации, когда ее обкрадывают или пользуются ее добротой?
– Госпожа Хульда, наконец-то вы пришли, – с легким упреком заявила Лило вместо приветствия. – Конрад ужасно устал и хочет спать. Не знаю, получится ли его помыть.
– В первую очередь уставшей выглядите вы, – возразила Хульда, с беспокойством глядя на глубокие тени у Лило под глазами.
– Ерунда, – отмахнулась та. – Просто малыш постоянно просыпается по ночам. Вольфи перебрался спать на кухню. Говорит, детский плач сводит его с ума.
– А вас? – с улыбкой спросила Хульда. – Разве вас плач не сводит с ума?
Поколебавшись, Лило покачала головой.
– Конечно, хотелось бы спать чуточку побольше… Но все-таки я мать.
– И поэтому должны вести себя как мученица?
– Кто-кто?
– Женщина, готовая бескорыстно пожертвовать собой, – объяснила Хульда, думая о Карле и об искаженном гневом лице Педро. Стоило вспомнить о событиях вчерашнего вечера, как на глаза навернулись слезы, и Хульда, заморгав, торопливо отвернулась. Лило не нужна плакса-акушерка, умирающая от жалости к себе.
– Нет, но и жаловаться я не хочу, – ответила Лило и вздохнула. – Наши новые соседи делают это за двоих.
Хульда вопросительно посмотрела на девушку – похоже, та тоже боролась со слезами.
– Знали бы вы, как я скучаю по Рите! В ее квартиру въехали новые жильцы, семейная пара. Они были со мной ужасно грубы. Прошлой ночью Конрад много плакал, и они сказали, чтобы я заткнула его, пока они не сделали этого сами.
– Какая наглость! – возмутилась Хульда и потрепала Лило по руке. Она знала, что нищета, процветающая в каморках многоквартирных доходных домов, далеко не всегда сближает людей. Тесная ловушка, откуда некуда бежать, зачастую подпитывает ненависть и негодование к тем, кто оказался рядом. Но с Ритой такого не случилось, несмотря на то, что на ее долю тоже выпало немало страданий.
– Комиссар больше не приходил? – подчеркнуто небрежно спросила Хульда, осматривая Конрада, который лежал на кровати голый и довольный. «Мальчик вовсе не кажется усталым», – подумала она и украдкой улыбнулась. Должно быть, Лило невольно перенесла свое изнеможение на ребенка, который, похоже, собирался с силами, чтобы ночью снова не давать всему дому спать.
Лило покачала головой.
– Он давно забыл про смерть Риты, – с горечью произнесла она. – Одной утопленницей больше, одной меньше, подумаешь! Какая полиции разница?
Младенец довольно закряхтел и ухватился за палец, который протянула ему Хульда. Для новорожденного у него оказалась крепкая хватка и удивительно зоркие глаза.
– Похоже, комиссар с самого начала хотел побыстрее закрыть это дело, – продолжила Лило, рассеянно складывая полотенце.
– Почему вы так думаете?
– Не могу объяснить. Просто чувство такое. Он ничего не хотел о Рите знать. Даже не допросил господина Зауэрбира, с которым она поссорилась незадолго до смерти. Мне показалось, что ему неприятно о ней говорить.
Хульда посмотрела в окно, глядя, как вечернее солнце накрывает двор приглушенными тенями. Неужто Лило права? Неужто Карл Норт совсем не пытался пролить свет на это загадочное дело? Такая мысль уже приходила Хульде в голову. Казалось, комиссар затягивал расследование и занимался им вполсилы. Даже не всех свидетелей опросил. Квартиру уже освободили, хотя обстоятельства смерти Риты оставались не раскрыты. Но почему? Почему Рита вызывает у него такую… неприязнь?
Внезапно наблюдение Лило показалось Хульде невероятно точным. Похоже, смерть Риты затронула комиссара сильнее, чем ему хочется признавать. Но почему? Почему комиссар Карл Норт вообще испытывал чувства к убитой, которую даже не знал? Или знал? Но откуда? У него не было ничего общего с этой женщиной. Их жизненные пути не могли не пересекаться. Разве только…
– Знаете что? – спросила Хульда, пытаясь скрыть охватившее ее возбуждение. – Вы правы. Конрад сегодня слишком устал, чтобы купаться. В любом случае, малыши довольно чистые. Я вернусь в понедельник, но пораньше, днем, и мы наверстаем упущенное. Договорились?
Не дожидаясь ответа, Хульда торопливо схватила акушерский саквояж и попрощалась. Лило выглядела слегка разочарованной, но дружелюбно пожелала акушерке хорошего вечера и закрыла за ней дверь.
Хульда сбежала по лестнице и с облегчением увидела свой велосипед. Паренек прикатил его обратно и аккуратно поставил у стены дома.
Она не знала, что делать дальше и почему она так спешила уйти от Лило. Внезапно она больше не могла находиться в тесной квартирке Шмидтов, ей хотелось осталось наедине со своими мыслями и подышать свежим воздухом.
Выйдя со двора, Хульда села на велосипед и поехала в сторону Винтерфельдтплац, вдыхая душный, теплый воздух этого субботнего вечера. Ей нужно было привести в порядок мысли и проверить ужасное подозрение, которое закралось ей в голову.
