Так, первый раз у нас был утром. Миша шуршал, открывая пачку, значит, она была новая, и тут все должно быть нормально. Оставшиеся два презерватива Елка сжевала. Я побежала к Свете, и она дала мне три штуки из открытой пачки. Но сроки были нормальные и на них, я же проверила.
Надеваю шлепанцы, иду к соседке. Время начало седьмого и они все должны быть дома. Звоню.
Света долго не открывает, звоню еще раз. Нет их, что ли? Появляется румяная, запыхавшаяся. Упс, кажется, я не вовремя.
— Привет, Свет.
— Привет. Надо чего? Говори быстро, а то у нас романтик с мужем. Детей свекрови сбагрили! — мечтательно улыбается.
— Да, у меня к тебе странный вопрос, — зависаю, решая, как сформулировать свои подозрения.
— С другими ты ко мне и не приходишь! Спрашивай, давай быстрей! — торопится к мужу Света.
— А ты уверена, что презервативы, что ты мне тогда дала, были нормальные?
— В смысле? А что такое? — хмурится соседка.
Я молчу, сверля ее взглядом.
— Мира, ты что того? Правда, что ли? — шепчет, прикрыв рот ладошкой.
— Тихо ты, у тебя же остались эти презики? Мне надо кое-что проверить.
— Сейчас принесу!
Пока соседка ищет презервативы, упираюсь лбом в косяк. Если это, то о чем я думаю, будет скандал.
Света запыхавшись, выбегает на площадку, с той самой злосчастной пачкой в руках, хватает меня за локоть, тащит в мою квартиру. Заходим в ванную.
— Ну, что будем проверять? — интересуется, уперев руки в бока.
Забираю у нее коробку, пересчитываю, оставшиеся. Пять штук.
Вскрываю первый, включаю воду.
Света внимательно следит за моими действиями.
— Мирослава, что ты делаешь?
— Проверяю! — психую, набирая воду в презерватив.
Сначала будто бы все нормально, но потом из него начинают бить пять маленьких струй. Пять! Да уж муж Светы очень настойчивый человек.
— Это че такое? — тупит соседка.
Я беру следующий презерватив и проделываю то же самое. А потом еще несколько раз. Они все проколоты! Все! Чтобы наверняка.
Меня трясёт на нервяке. Умываюсь холодной водой, сгребаю испорченные презервативы в мыльницу.
Света стоит с открытым ртом.
— Так я че не случайно получается, забеременела? — шокировано выдыхает, присаживаясь на крышку унитаза.
Какая уж тут случайность, в коробке было двадцать четыре штуки, и я уверена они все были испорчены.
— Получается не случайно, твой муж хотел мальчика?
— Да, обе беременности, ждал пацана. После вторых родов я сказала, что на этом мы остановимся. А он что ж получается? Резинки проколол? Вот сученыш! Я его убью, гада! Мира, ты не знаешь, сколько сейчас за убийство дают? В состоянии аффекта? — шипит Света.
— Спокойно, выдыхай! Тебе нельзя нервничать! — киваю на её живот.
— А я не буду нервничать! Я его спокойно убью! Хорошо, что девочки у свекрухи! А вдруг это она его надоумила? Вообще, не удивлюсь. Мы же как не придем в гости, она вечно бубнит: вам еще мальчик нужен, сыночек! Вот сволочи! — верещит Света, выбегая из ванной.
Через секунду возвращается, умывается. Несколько раз выдыхает, смотрим друг на друга. Мне жаль ее, а ей меня.
— Прости, ради бога! Я же не знала! Решишь сделать аборт, я оплачу, рожать подарю коляску! Всё я пошла!
Света громко хлопает дверью, бреду на кухню. Хочется плакать от обиды и нелепости ситуации. Такое могло случиться только со мной! Как всегда.
Как я скажу Миши? Он не планирует детей в ближайшие пять лет. Он же супер ответственный, продуманный у него всегда все четко и по плану. Я стала единственным исключением, он сам так говорит, и тут такой сюрприз. Своего жилья нет, стабильной работы тоже, и вместе мы чуть больше месяца. Просто комбо-набор. Нюру хватит удар.
И до кучи я снова хочу есть! Вот кто виноват, что я ем как слон. Один миллиметр моих неприятностей! Но если ничего не предпринять, он будет расти! Господи ты, боже мой, я не хочу ничего решать! Я хочу любить Мишу и есть гадости!
Хватаю доширак, завариваю, достаю копченую колбасу. Миша сказал у нее состав не очень, конечно, он-то знает все на свете! Толстый кусок батона, побольше майонеза, поперчить. Что еще в этом холодильнике есть неполезного?! Ем мега неполезный бутерброд, накручиваю лапшу на вилку.
Хочу и буду есть! Это мое тело, а не какого-то мелкого захватчика. Слезы капают на мой кулинарный шедевр, с психом выкидываю. Громко сюрпаю лапшу, ужасно много специй, острая. Отыскиваю в холодильнике любимый торт Миши, птичье молоко, отрезаю большой кусок, достаю упаковку фисташек и чипсов. Высыпаю всё в менажницу.
Хочу и буду есть! Имею право! Ем все сразу, у меня начинается истерика. Рыдаю, потому что до меня доходит, что само оно не рассосется. Мише говорить страшно, вдруг он меня бросит? Я так люблю его, я этого не переживу! А вдруг не бросит и будет со мной из жалости или только ради ребенка? Этот вариант еще хуже.
Желудок бастует против такого кулинарного извращения. Чувствую, как подкатывает тошнота, успеваю добежать до унитаза. Меня рвет несколько раз. Смываю. Умываюсь, чищу зубы.
В квартиру заходит Рой.
— Медочек? Ты дома? Почему дверь открыта?
Потому что наша соседка побежала убивать мужа.
— Привет. Дома, забыла закрыть, наверное.
