И то, что Бастиан, обойдя меня, встал за спиной, опустил ладони мне на плечи, а потом и вовсе притянул к своей груди, совершенно не способствовало правильному учебному настрою. Мой форменный костюм и его куртка из тонкой кожи оказались слишком ненадежной преградой. Я невероятно остро ощущала твердость напряженных рельефных мышц и жар, исходящий от кожи. Какая уж тут тренировка? Последние здравые мысли из головы улетучились.
– М… магистр, – пискнула придушенно и сама удивилась тому, как жалобно это прозвучало. – А мы сейчас что делаем?
– Будим спящий дар, – последовало невозмутимое.
– Его обязательно будить в таком вот положении?
– Обязательно, – подтвердили за спиной. – Дар гораздо быстрее проснется в непосредственной… гм… близости.
Тейдж говорил по-прежнему сдержанно и строго, как и полагается наставнику. Правда, впечатление немного портила появившаяся хрипотца и чувственные, интимные нотки, проскальзывающие в его тоне.
– Но я…
– Не спорьте, адептка, – голос мужчины стал еще суровее. – Или вы считаете, что лучше меня разбираетесь в предмете?
– Нет, но…
– Тогда просто доверься мне, ящерка, – снова перешел на «ты» Бастиан. – Стой смирно.
Я вздохнула и послушно замерла.
Чуть подрагивающие пальцы скользнули по моим плечам, предплечьям, коснулись ладоней, на мгновение переплелись с моими в дразнящей, волнующей ласке, а потом мягко сомкнулись на запястьях.
От близости горячего, сильного тела, от неспешных, томительных движений закружилась голова. Во рту пересохло, а в груди скрутился жаркий, болезненно-сладкий узел.
Нет, это издевательство какое-то, а не раскрытие дара. В конце концов мне обещали тренировки, а не изощренные пытки. Еще немного, и я точно не выдержу – выдам все тайны, пароли, явки, опишу места, где обычно прячу шпаргалки, и подарю ключи от шкатулки с любимыми украшениями.
Тейдж словно услышал мои мысли.
– Не могу больше, – выдохнул он рвано и совсем уж хрипло. Прислонился лбом к моему затылку. – Ты права, ящерка, пожалуй, лучше мне отойти и как можно быстрее. Пока я еще в состоянии это сделать. Пусть Мрак разбирается.
И ушел. Практически сбежал, бросив меня на краю площадки.
Несколько стремительных шагов, сопровождающихся лихорадочными ударами моего сердца, – и Бастиан застыл в центре поля.
А я затаила дыхание.
Это же такая уникальная возможность, редкая, невероятная удача – стать свидетелем превращения дракона. Даже магистр Мара не мог похвастаться подобным везением. И для курсовой точно пригодится.
Я даже шею вытянула, чтобы лучше все разглядеть.
Вот Тейдж развел руки, запрокинул голову и…
Момент перехода из одной ипостаси в другую я так и не увидела. Внезапно потемнело в глазах, как будто на них опустилась непроницаемая пелена, а когда я проморгалась, передо мной уже стоял дракон.
Громадный, глянцево-черный, золотоглазый и нереально красивый.
Мрак.
Я сразу его узнала – именно таким он и приходил в мои сны.
Мощное и в то же время гибкое тело. Сложенные за спиной треугольные крылья. Крепкие когтистые лапы, прямоугольная голова, увенчанная узкими острыми рогами. Огромные клыки, костяной гребень вдоль спины и тонкий шип на кончике хвоста.
Солнечные блики играли на блестящей чешуе, похожей на пластинки черного льда, и от этого казалось, что дракон сияет, горит темным пламенем. Янтарные глаза сверкали, а в зрачках жарко полыхали языки пламени.
«Безмерно опасен, безумно прекрасен»… – всплыла в памяти строчка из древней эльфийской песни о драконе.
Раньше я не понимала этой фразы, не чувствовала ее, а теперь согласилась бы с каждым словом.
Он именно такой, зверь Тейджа. Потрясающий. Невероятный.
Я внимательно слушала лекции магистра Мары и представляла, на что способно это создание. Какая хищная ярость порой бушует в могучем теле. Как прочны когти и рога, смертоносны клыки, а пламенное дыхание способно за долю секунды обратить в пепел отряд закаленных в сражениях воинов. Что уж говорить об одной маленькой, хрупкой девушке?
Да, я все это знала, но страха, как ни странно, не ощущала. И даже не думала об опасности, когда двинулась вперед, к дракону.
Шаг…
Другой…
Мрак склонился, опуская голову на высоту моего роста.
Кажется, мы потянулись друг к другу одновременно. Мои пальцы осторожно коснулись теплых, мягких, почти бархатных ноздрей. Ящер вдруг смешно фыркнул, выпустив маленькое облачко пара, а потом прикрыл глаза и тихонько, басовито заурчал. И почему в наших учебниках нет ни слова о том, что каждый дракон немножечко кот? Гигантский, чешуйчатый… но все-таки кот.
Я замерла, боясь спугнуть мгновение.
С Мраком я чувствовала себя иначе, чем с Бастианом. Не было неловкости, смущения, почти осязаемого напряжения. Не хотелось дерзить, спорить, оттолкнуть и прижаться, бежать, не оглядываясь, и задержаться навсегда. Осталось лишь изумление, восхищение и удивительная легкость.
Дракон распахнул глаза, поймал мой взгляд. В его зрачках начали закручиваться золотые спирали, и я провалилась туда – в это зовущее меня пламя.
