- Я не хочу жить на Западе. После того, как разделаюсь с Зонненбергом, поеду на Восток и, пожалуй, останусь там.
- Может быть. Но эта земля притягивает человека. Смотришь на горы, на открытые просторы равнин, и они не отпускают тебя. Я всегда жил на Западе. Маленьким мальчиком больше всего хотел стать траппером, но когда подрос, моими кумирами сделались ковбои. Я был неплохим ковбоем и лучше всех объезжал лошадей. А потом как-то вечером, когда мы с ребятами сидели на мели и хотели поразвлечься в городе, собрали десяток коров и продали. Об этом пронюхал шериф, и нас стали разыскивать за скотокрадство. - Тенслип чувствовал себя лучше, и ему хотелось поговорить. Вэл слушал. - Я и представить себе не мог, что стану преступником. Знал многих из них. Ничего завидного в их судьбах нет - все время в бегах, никаких перспектив, впереди тюрьма либо веревка. Но так уже получилось - один бездумный поступок, и я покатился. Правда, наемным ганфайтером не стал. Первый, кого убил, был гнусный тип. Он нанимал людей для черной работы: спалить дома переселенцев или убрать неугодного ему ранчеро. Он и мне предложил такую "работенку". Я возмутился и выложил ему все, что о нем думаю, а он схватился за револьвер. Но я оказался быстрее, хотя в то время еще не знал за собой такой прыти. Конечно, носил шестизарядник, - а кто тогда его не носил? На пастбищах иногда им приходилось пользоваться.
- Вы убили его?
- Всадил две пули, прежде чем он успел вскинуть свою железяку, и оказался преступником. - Тенслип устало откинулся на подушку, закурив самокрутку, которую для него" свернул Вэл, вздохнув, добавил: - Давай, малыш, сматывайся из этих мест, на Востоке лучше.
Все последующие дни Вэла мучило беспокойство: Зонненберг с Симпсоном встретятся и расстанутся, как их потом найти? Но не уезжал. А Тенслип с каждым днем набирался сил.
Однажды Вэл присутствовал при беседе Уилла с армейским врачом. Теперь ему вспомнились его слова: "Люди, живущие на Западе, сделаны из сыромятной кожи и железа, их так легко не убьешь. Это заслуга мяса с бобами, тяжелой работы и свежего воздуха".
Когда Тенслип начал подниматься, Вэл сказал ему, что уезжает.
- Хорошо, приятель, - согласился Тенслип. - Теперь я выдюжу.
- Как и обещал, оставляю лошадь и седло Уилла, его револьвер и свою винтовку. Сам возьму винтовку Уилла.
Тенслип вдруг отвернулся, по тяжелой, натруженной руке его пробежала дрожь.
- Малыш, ты славный парнишка, - с трудом выговорил он. - Ели у тебя когда-нибудь будут неприятности, рассчитывай на меня.
С языка Вэла готов был сорваться один вопрос, но он все время в нерешительности колебался - задать его или нет, ведь дверь в прошлое для него давно закрылась.
- Тенслип, вы знали мою мать? Вы знали Майру Корд? - наконец спросил юноша.
Тенслип обернулся и внимательно посмотрел на него.
- Это прочитанная книга. Забудь о ней.
- Какая она была?
- А ты забыл? - резко произнес Тенслип. - Никчемная женщина, подлая и бессердечная. Она выкинула тебя, хотела оставить умирать на морозе.
- Где она сейчас?
Тенслип сел и свернул еще одну самокрутку.
- Послушай, малыш, о ней никто ничего не знает. Я и, может, Хэнк еще помним ее. Живи себе на здоровье и ничего не бери в голову. Рейли родился на темной стороне и стал джентльменом, Майра родилась на светлой и стала... э-э... женщиной сомнительной репутации и воровкой. Да, к тому же ее подозревают в одном или даже двух убийствах.
- А с моим отцом вы знакомы?
- Лучше, чем Уилл Рейли. Одно время мы вместе работали в горах неподалеку отсюда. Он считался состоятельным человеком. Потому-то ты и родился.
- Как это?
- Майра решила его подцепить, но ждала своего часа. Приклеилась к Дарранту, а когда поняла, что беременна, пыталась уговорить его составить завещание в ее пользу.
Даррант был не дурак и не верил, что она оставит ребенка. Он знал женщин куда лучше многих других. Майре заявил, что она ничего не получит. Та разозлилась и стала ему угрожать, ну, а он рассмеялся ей в лицо.
Тогда она расплакалась, начала каяться и уверять, что ничего плохого не имела в виду. Я невольно стал свидетелем некоторых сцен, которые она ему устраивала, и переживал за Дарранта. Он мне очень нравился. Поэтому, когда Майра купила крысиный яд, я все ему выложил. Он лишь посмотрел на меня и сказал: "В этом старом отеле есть крысы. Я их слышал".
Как же! Крысы-то завелись в нем лет десять назад, и никто ничего с ними не делал. Так с какой стати ей покупать столько яда, что им можно переморить половину зверья во всем штате Колорадо?
На следующий день он уехал. Просто взял и уехал. На Майру стоило посмотреть! На нее можно было надевать смирительную рубашку. Она ведь знала, что Даррант парень богатый, и ей страшно не хотелось терять его.
- Вы потом его видели?
- Нет. По-моему, он уехал обратно на Восток или в Канаду.
- А Майра?
Тенслип лишь пожал плечами.
- Держись от нее подальше, малыш. Забудь ее.
- А что случилось с Вэном?
- Он с ней, если только она от него не устала и не выкинула... или отравила.
