- Полегче, парень, - вмешался другой ковбой. - Нам рассказал об этом Чип Хардести.
- Коди, - остановил его Вэл, - извини, что прервал тебя, но Чип Хардести - мой.
Все, как по команде, обернулись к нему, а кучер фыркнул:
- Заткнись, сопляк. Хардести - крутой мужик и самый быстрый в округе.
- Можешь передать ему, что он - злобный ублюдок. Он убил беззащитного слепого старика. И в компании с двумя такими же подонками еще одного человека. Они подстерегли его ночью, из темноты стреляли из ружей, не дав ему возможности защищаться. - Вэл сидел лицом к ковбоям за столиком, не сводя взгляда с кучера, - А вы, мистер, в следующий раз хорошенько подумайте, прежде чем советовать мне заткнуться.
- Как ты со мной разговариваешь? - Кучер трясся от гнева. - У тебя еще молоко на губах не обсохло!
- У него обсохло. - Вэл похлопал по кобуре. - И он разговаривает простым языком. Только попробуй потянуться к своей пушке, и я пулями распишусь на твоем животе.
Кучера словно окатило холодной волной. Парень хоть и молодой, но револьвер у него настоящий, а расстояние между ними не превышало пятнадцати футов. В любом случае, это не его драка. Пусть парня убьет Хардести. Он за то деньги получает.
- Разбирайся с Хардести, - отступил кучер. - Ты же говорил, что он твой. А я ему передам, уж будь покоен, все передам, как есть. Он найдет тебя еще до захода солнца.
Вэл вызывающе посмотрел на него.
- Мистер, встаньте и сейчас же отправляйтесь к своему Хардести, где бы он ни был. Передайте, пусть приходит. Я жду его... здесь жду.
Кучер с большой осторожностью поднялся.
- И вы поезжайте с ним, - приказал Вэл ковбоям, - а то Хардести ему не поверит. И скажите боссу "Даймонд бар", что он может спокойно жить в этих краях до тех пор, пока не вмешается в наши дела. Нам не нужны неприятности, но мы за себя постоим.
- Пусть выдадут тех, кто убил дядю Джо, - веско потребовал Папаша Баклин. - Передайте боссу: даем ему срок повесить убийц до наступления вечера или сами их повесим.
- Вы сумасшедшие! - воскликнул кучер. - Просто сумасшедшие!
- Так ему и скажи. - Баклин повернулся к Коди. - Давайте перекусим, ребятки. Они вернутся не раньше чем через час, а то и позже.
Глава 11
Ели молча. Никому не хотелось разговаривать, и меньше всего - Вэлу Дарранту. Он выложил то, что хотел, но сейчас подходило время подкрепить сказанное действием. Ему ни разу не приходилось участвовать в поединках, а теперь предстояло схватиться с матерым убийцей Хардести. Но ведь на его совести Уилл Рейли.
Папаша и Коди тоже молчали. Только в конце Коди заметил:
- Они могут привести целую армию;
- Тогда будем иметь дело с армией, - отрезал Папаша. - Мы не покажемся на улице, пока не увидим, что они собой представляют.
- Я выйду, - сказал Вэл.
Несколько минут все обдумывали его заявление, потом Коди произнес:
- Вэл, ты мой друг, иначе я бы не взял на себя смелость сказать тебе... Ты еще молод, может, погорячился, поэтому...
- Спасибо, но меня за язык никто не тянул. Не можешь отвечать за свои слова - молчи. Я так поступаю.
- Ты участвовал в поединках?
- Пару раз дрался, но ни разу один на один.
- Тогда надейся только на меткость первого выстрела. Не думай о том, чтобы выпустить пулю побыстрее. Если твой выстрел окажется вторым, тут уж ничего не поделаешь, но не спеши и положи первую пулю туда, куда метишь.
- Спасибо.
Салун, где они сидели, ничем не отличался от других подобных заведений. Возле одной стены футов на пятнадцать тянулась стойка бара. В комнате стояли четыре квадратных столика, каждый окружали четыре стула из тех, которые называли капитанскими. Бар и стулья явно завезли готовыми, столы сколотили в городе.
Выбор напитков оказался невелик, но достаточен для людей, которых не интересовали ни вкус, ни выдержка, а лишь крепость выпивки. На столиках лежало несколько потрепанных колод карт, и, вяло перемешивая их, Вэл заметил, что они крапленые: кто-то неуклюже, ногтем, пометил их.
Один из мужчин у бара, одетый как человек с Запада, который часто посещает Восточное побережье, подошел к ним со стаканом в руке.
- Не возражаете, если присяду? - улыбнулся он. - Обещаю не мешать, когда начнется заварушка.
В манерах его мелькнуло что-то знакомое, и Вэл, которого учили запоминать, узнал его, - тот самый со спокойным лицом, он присутствовал при споре по поводу двадцатидолларовой монеты.
- Вы много путешествуете, - заметил Вэлентайн, и человек еще раз улыбнулся. - Садитесь.
- Собираетесь купить скот? Думаете основать ранчо?
- Ранчо у нас есть, - ответил Вэл, - нужен скот.
- Возможно, я смогу вложить в ваше предприятие немного денег, если вы выберетесь из передряги.
- Спасибо, у нас есть все, что нужно.
- Мой приятель, у бара, скупает скат. Случается, что и продает, а иногда мы ссужаем деньги.
Вэл молчал, но ему стало интересно. Уилл Рейли учил его никогда не доверять незнакомым людям, и он не доверял, зная, что под приличной внешностью может скрываться кто угодно.
- Меня зовут Стив Кеттеринг, - назвался мужчина, - а моего друга - Поль Бренч.
