– Нууу это ж торговля… – пренебрежительно отмахнулся Даня, копируя жест и интонацию отца.
Сашке страсть как хотелось выкинуть мелкого свинёныша из комнаты и дверь за ним закрыть – очевидно же, что он напрочь не воспринимал всё то, о чём она с ним неоднократно говорила.
– Но… мои желания я пока придержу. Главное-то дело! – притормозила себя Сашка. – И вообще, надо просто наслаждаться встречей братца с незваной гостьей – неожиданностью!
– Знаешь, торговля – трудное занятие. Ты, видно забыл, что я тоже с мамой работаю, – миролюбиво сказала она, пинками загоняя поглубже возмущение.
Тут и Даня припомнил, что ему вообще-то не с руки Сашку злить.
– Саш, помоги мне, а? Ну раз мама не хочет!
– Ладно уж… пошли, я помогу! Я буду тебе вещи доставать, а ты – складывать в чемоданы – чтобы знал, где и что у тебя лежит.
Вообще-то Сашка не просто так вызвалась помогать.
– Мам, ты пошли его ко мне, – убеждала она Ларису.
– Сашунь, да зачем? Ты устала, моталась сегодня по магазинам, проверяла их, сколько точек объехала… А потом ещё и отчёты сверяла.
– Ма, можно подумать, что ты сама не устала и не работала! Ты не думай. У меня есть хитрый план.
– Чтобы он не уехал?
– Нет, зачем? Пусть едет, раз хочет. Другой план. Верь в меня!
– Ой, Сашка, Сашка, и что бы я без тебя делала!
– Как что? Плакала бы! – решительно ответила Сашка. – И вообще, давай так, мы с тобой сейчас ужин поделаем, а когда братец прибудет, я уйду в комнату, а ты… ты не расстраивайся, не плачь, и главное – не соглашайся ему помогать!
Сашкины планы выстраивались капитально, имели глобальный охват, как старая грибница простираясь под всеми возможными и невозможными участками леса… в смысле семьи, и, как правило, срабатывали.
Лариса это знала, да и вообще дочери безусловно доверяла. Поэтому ответила ей:
– Хорошо, солнышко моё!
И отправилась обдумывать тон разговора с сыном.
– И правда… что-то я увлеклась. Да, если он с отцом пробудет достаточно долго, чтобы начался учебный год, то успеваемость моментально просядет – мне ли не знать, что он ленится, как дышит. Да, нахватает троек, хорошо, если не двоек, но… это же шестой класс, а не девятый и не одиннадцатый. Неприятно, но не смертельно. Желудок… да, фаст-фуд у него идёт на ура. Правда, потом болит печень, и он весь покрывается сыпью – было уже как-то, когда он дорывался… Да и вес у него от колы лихо прибавляется. Ну что ж… от печени полечится, а так будет ходить крапчатый и с пузичком.
Лариса сердито тряхнула головой, прогоняя слёзы.
– Хватит! Да, мне его очень жалко, но Сашка права – я уже не могу его от этого защитить. Значит, могу только дать возможность ПОСМОТРЕТЬ, что будет, когда он делает неразумный выбор. Нет, наверное, если бы Максим жил один, он бы, по крайней мере, к фаст-фуду Даню не подпускал – сам его не любит. Да и с уроками, после горсти двоек-троек гайки бы закрутил – он честолюбив и не захотел бы, чтобы сын был в отстающих. Но… но, если бы Макс был один, он бы Даню к себе и не тащил – ему всегда было крайне лениво с детьми возиться.
Слёзы высохли, решимости прибавилось, да и вообще… появилась некая весёлая бесшабашность. Нет, правда, она же не к людоедам отправляет ненаглядного сына, а к родному отцу.
– Не съедят же его там! – решила она. – А если понадкусают… так что с этаким Колобком делать – удержать-то всё равно не выйдет! Главное, чтобы лису не встретил!
Даня уныло упихивал вещи в чемоданы. Как-то ему это представлялось попроще… полегче – вот стоит он такой возмущенно-гневный, а мать, утирая слёзы и умоляюще на него глядя, пакует его имущество.
Сашка плакать вообще не собиралась, мурлыкала какую-то мелодийку, болтала о разных пустяках, уточняла, сколько ему выдавать футболок и хочет ли он сейчас паковать тёплые вещи?
– Почём я знаю… – сердился Даня – он такой ерундой никогда не занимался. – Главное, планшет и зарядник запакуй!
– Не-не, сам укладывай! А то, потом не найдёшь, а на меня злиться будешь! – беззлобно отмахивалась Сашка.
Собственно, на планшет Дани у неё были свои планы, поэтому, она дожидалась, пока он уложит планшет, а потом подавала ему следующую охапку вещей, Данька перекладывал любимый предмет, потом опять, опять, и опять. А когда он выложил планшет на пол, собираясь уложить в следующий чемодан, то случайно задвинул его краем чемодана под диван.
Это полностью отвечало Сашкиным интересам, да и вообще облегчало задачу, так что она не стала ничего говорить и обращать внимание Дани. Она спокойно продолжила сборы, загрузив непривычного к собирательной суете братца новыми сложностями и кучами вещей.
– Так… я ужинать пошла, а ты, давай, допаковывайся! – велела она Дане. Тот ожидаемо заныл о том, что совсем запутался и устал, и вообще, надо, чтобы она помогла.
– Знаешь, я ведь тоже сегодня работала…
– Торг…
– Нет, я не торгашкой работаю. И мама тоже. Я занимаюсь обеспечением магазинов и контролем над выкладкой товара. И да, это совсем непросто и утомительно. Так что захотел уехать – ты на каникулах, свободен как горный орЁль, вот и орлись сам!
– А куда я планшет упаковал? – спохватился Даня.
