Джексон не слушает меня, обхватывает крепко меня за руку, одевает мне один наушник, и мы настолько быстро обратились в бегство с этого места, что я и не успела повторно возразить об этом, как мои ноги начали ускорять движение. Но это так здорово бежать с Джексоном под песню группы Parade of Lights «Undefeatable».
— Милый, куда мы бежим? — спрашиваю я, замедляя бег, чтобы отдышаться.
— Ты мне веришь?
— Да.
— Тогда все разговоры потом.
— Но зачем нам бежать? Мы куда-то опоздаем? На рейс? — удивленно спрашиваю я, так как совершено не имею понятия, куда мы направляемся. — Мы решили уехать из города, ни с кем не попрощавшись? А как же вечеринка завтра?
— Мил, зачем столько вопросов и паники? Сейчас увидишь все своими глазами. Скажи, пожалуйста, время.
— 23:55.
— Отлично, еще целых 5 минут.
Мы бежим еще быстрее, так, что я не успеваю отдышаться. Джексон ведет меня к лестнице какого-то огромного дома, по которой мы несемся, как угорелые, от чего мне становится некомфортно в правом боку своего тела.
— Мы на месте, проходи, принцесса, — нежным запыхавшимся голосом говорит мне на ухо Джексон, отпуская мою руку.
Я оглядываюсь и наблюдаю значительных размеров крышу, в одном из углов которой располагается пушистый бежевый плед, коричневые подушки, окруженные фонариками, ноутбук, пицца в коробке и бокалы с напитками. Мой взор устремляется прямо, и я взираю на Сиэтл, который словно был оживленным и не спящим в такое позднее время. У меня отсутствуют слова, чтобы описать все то, что я вижу и чувствую, осматривая окружающую меня действительность.
— Не могу подобрать слов, Джексон, это так, так… — я забываю все слова от эмоций.
Я прохожу ближе к тому самому романтичному углу на крыше. Подумать только, как Джексон все это придумал. Какой восхитительный уголок, оборудованный светодиодными фонариками, которые придают ему уют.
— Романтично? Волшебно? Уютно? — снимает с моего языка Джексон.
— Да, — бормочу я, потеряв дар речи. — Джексон, это же одно из моих желаний, которое я уже давно хочу воплотить в реальность.
— Да, я вспомнил, как ранее ты мне говорила, что мечтаешь о свидании на крыше со своим будущем ухажером, — посмеивается он, — поэтому я решил, что желания созданы для того, чтобы сбываться.
— Ты лучший парень в мире, — говорю я Джексону и нежно его обнимаю.
— Любимая, это еще не все.
— Не все? — поражаюсь я.
Мы присаживаемся на мягкие подушки и укутываемся в пушистый бежевый плед, обводя глазами ослепляющую очи красоту ночного города. Наши головы притянуты друг к другу, и я чувствую теплоту, исходящую от Джексона.
Это самый нежный и романтичный момент в моей жизни. Я не могу насмотреться на все то, что я вижу. Я забыла обо всем на свете, вылупляясь на луну, которая почти что округлой формы. Она освещает части неба, создавая на нем некие белые полоски, и все это выглядит так завораживающе.
— Любимая, я хочу поздравить тебя с наступающим твоим совершеннолетием. Все слова я буду сообщать днем, когда буду дарить тебе подарок, к которому я немало приложил усилий. А сейчас я хочу сказать одно: Я люблю тебя, до луны и обратно! — с теплотой и любовью произносит Джексон, и я кладу голову ему на плечо, чувствуя запах его парфюмерии, который меня сводит с ума.
— Милый, спасибо тебе за этот сюрприз, за слова, за поздравление. Я всегда мечтала о таком свидании. Мне нужно подобрать слова, которые я хочу сообщить тебе. Дай мне минуту, пожалуйста.
— Конечно, давай созерцать то, что мы видим сейчас.
Мы молчим и смотрим вдаль. Все свои мысли и чувства, испытываемые в этот момент, я решаю сгруппировать, чтобы сообщить слова, который давно хотела сказать Джексону, написав как-то прозу в стихах.
— Джексон, я поздравляю тебя с наступающим твоим совершеннолетием. Все слова, которые я скажу, будут изложены, в созданной мной прозе.
— Прозе? Я не ослышался? — ошарашенными глазами выдает Джексон.
— Да, но давай все вопросы потом. Иначе, я собьюсь.
— Я заинтригован.
— Сейчас бы я хотела прочесть тебе строки, на которые вдохновил меня ты.
«Первая любовь»
Мне всегда казалось, что любовь бывает только в сказке,
И на миг хотелось окунуться в ней,
Но однажды, ты, сорвал одну из своих масок,
И назвал меня любимою своей.
В этот день, я мир благодарила,
За то, что подарил мне долгожданного мужчину,
За то, что он являлся моим другом, которому я помогла удачно пережить разлуку.
Его отец ушел не попрощавшись, оставил мальчика на кон судьбы,
Я так переживала за то, что один остался,
С надеждой каждый день молила: «Пожалуйста, Всевышний, помоги».
И я со всей душой и телом,
Переживала с ним его количество потерь,
Как незаметно для себя пришла я к мысли,
Что я люблю его всем сердцем, с каждым днем сильней.
Он дал мне то, что многие не в силах,
Дарил мне постоянно нежность и заботу.
Настало время попрощаться с дружбой этой,
И открыть для нас иные горизонты.
Наши жизни слились воедино тогда,
Когда в счастливый день признанья, смотрели друг на друга мы,
И те, кто думал, что наша дружба вечна,
Совсем позабывали все грёзы о любви.
