Я вдруг вспомнила, как была облита этим самым душем в присутствии Миши, как потом занесла ему сюда свежее полотенце. Как потом сбежала от него, такого молодого и полного сил. Не далеко, правда, получилось сбежать.
Видимо, я на какое-то время выпала из реальности, потому что Игорь вдруг произнёс:
– Кать, ты нужна ему. Такая вот, как есть. Он, правда, сейчас придумал себе, что не имеет права быть с тобой. Он же себя винит в том, что случилось с твоими. Со всеми вами. Кать, не верь ему, когда он будет гнать тебя от себя, ладно?
Я молча кивнула. Что я могла сказать сейчас? Что не знаю, какие чувства испытываю к его племяннику? Одно я знала точно, что ему нужна ему так же, как и он мне. И не важно, в качестве кого. Сейчас не важно. Сейчас нам с ним надо научиться жить новой жизнью. А дальше жизнь всё расставит на свои места.
Сегодня улеглись раньше, чем вчера. Устали все, а потому, когда я поднялась на второй этаж, проверив, всё ли убрано, услышала храп Игоря. Хороший такой, богатырский. Я прикрыла его дверь плотней, зашла в свою комнату и закрыла свою дверь. Вроде почти не слышно. Я уснула.
Ночью мне приснилась Анюта. Одна, без Антона. Она просто смотрела на меня и улыбалась улыбкой взрослой женщины. Потом она вдруг сказала:
– Иди к нему. Он ждёт. Мужчина не должен спать один.
Я проснулась и села в кровати. На весь этаж раздавался храп Игоря. Сейчас, в тишине дома, казалось, что храп только усилился. Слышны были все его переливы. Да твою ж дивизию! Спать под это было невозможно. Придётся идти спать на диван в гостиной. Я захватила подушку и одеяло и пошла на первый этаж. По дороге зашла на кухню за водой и замерла. На кухне точно кто-то был. Луна спряталась за тучами, поэтому было темно. Я нащупала выключатель и включила свет. Михаил сидел в своей самоходке и смотрел в то самое окно, перед которым мы с ним в той, в прошлой жизни…
– Выключи, – попросил он глухо.
Я выключила и спросила шёпотом:
– Миш, что ты здесь делаешь?
– За водой пришёл, – хмыкнул и уже более злым голосом поправил себя, – приехал. А ты?
– Я тоже.
– С подушкой и одеялом?
– Там Игорь храпит так, что спать невозможно, – пожаловалась я, – вот на диван в гостиную и иду.
– Так ты его на бочок поверни, – бросил он вдруг зло.
– С чего бы мне его на бочок поворачивать? Да его через две закрытые двери слышно!
– Через две? – он сверлил меня взглядом. Это даже в темноте было видно.
– А ты решил, что я с ним, что ли, спать ушла? Миш, ты как обо мне думаешь? Я тут местная давалка, что ли?
– Кать, ну тут же ещё одна комната есть. А ты вдруг наверх ушла спать.
Я сделала глоток воды. Потом поняла, что меня опять сейчас накроет, сделала глубокий вдох и начала считать вслух:
– Раз, два, три, четыре, – выдох, – раз, два, три, четыре, – вдох.
– Кать, ты чего? Кать? – он подкатил ко мне и схватил меня в охапку, силой усадил на колени, – опять да?
В этот раз хватило трёх вдохов и выдохов. Я успокоилась и поняла, что могу попробовать объяснить:
– Это комната Анюты. Я не могу туда зайти… Они там… там всё…
Слёзы полились сами.
– Кать, прости, прости! Дурак, последний дурак!
Он вдруг начал меня целовать, взяв моё лицо в ладони. Целовать настойчиво, требовательно. Я задохнулась, слёзы перестали литься. Он остановился и просто обнял меня, прижав к своему худому телу.
– Ну, всё, тише, тише, – говорил он, убаюкивая и гладя меня по спине.
– Кать, пошли спать, да?
Я кивнула и попыталась встать.
– Ты куда?
– Спать.
– Куда? На диван? В собственном доме? Ну уж нет. Пошли в спальню. Если тебе спокойней будет, можешь спать под своим одеялом.
– Хорошо. Так даже лучше, а то я опять на тебя залезу во сне.
– Как будто я против, чтоб ты на меня залезала! – хмыкнул он и направил свою самоходку к спальне.
– Миш, давай я сама пойду. У тебя ж нога, наверное, заболит после меня. Я ж тяжёлая.
– Кать, ты себя когда последний раз в зеркало видела? Да от тебя же остались одни глаза и кости.
– Заметно так, да? – расстроилась я и со вздохом добавила:
– Даже грудь похудела.
– Кать, не дразни. Я и так держусь из последних сил.
Утром я опять проснулась, уткнувшись носом в бок Миши и закинув на него ногу. Вот как так-то? Засыпали же под разными одеялами. Я прислушалась. В доме была тишина. И тут я вспомнила, что пришла в пижаме. Все мои вещи остались на втором этаже. Здесь в шкафу, конечно, есть мои вещи. Но Миша спал, не хотелось его будить. Проще было улизнуть на второй этаж, что я и сделала. И уже на втором этаже обнаружила, что дверь в мою комнату распахнута. Тащить в руках одеяло и подушку и дверь закрывать было проблематично ночью. Из ванной слышен звук льющейся воды и голос Игоря. Он пел. Поразительно! Всю ночь храпел, а теперь поёт в душе.
– Спалились, – буркнула я и шмыгнула в свою комнату.
Утром Игорь, надо отдать ему должное, делал вид, что ничего не знает про нас с Мишей. Приятным бонусом было то, что я выспалась. Миша тоже за завтраком производил впечатление человека, довольного жизнью.
