Счастье за углом полностью

— Кэтрин, моя еврейская бабушка говорила: «Жизнь — как букет роз, Кто-то получает всю охапку сразу. А кто-то собирает по цветочку, чтобы однажды ахнуть — да у меня же целый букет!»

— Я тяжело работала, чтобы заслужить мои розы!

Она вздохнула.

— Я знаю, но ты начинала с такой охапкой, о которой другие могли только мечтать. А ты всего лишь продавала лилии… Розы… Не важно. Кэтрин, радуйся тем розам, которые у тебя уже есть. Возможно, тебя ждут новые. Ждут, когда ты найдешь их там, где никогда раньше не искала. Твоя карьера — та, о которой ты мечтаешь, — закончена. Уезжай из Лос-Анджелеса, подальше от этого бизнеса. Забудь о привычной жизни. Найди себе хобби. Выйди замуж за хорошего парня, заведи детей. Ты богата, тебе не нужно беспокоиться о деньгах, можешь основать благотворительный фонд или что-то другое. Ты хороший человек. Ты умница. Ты сможешь начать новую жизнь.

Она встала.

— Или можешь до самой смерти играть жертву ожогов.

Я не ответила, слишком боялась заплакать. Она пожала мое здоровое плечо и ушла.

А я отправилась в постель.

Консультация с Люси, Рэнди и Джуди была одной из тех поворотных точек, на которые я позже, гораздо позже, оглядывалась с мыслью, что именно они закалили мой характер. А в то время встреча добавила еще одну соломинку к тяжкой ноше. Дамоклов меч на самом деле вовсе не меч, это тысячи относительно безвредных игл, которые висят над головой и падают, как вода в китайской пытке, одна задругой. Одна «последняя соломинка» за другой…

— Привет, ребята, — пропела я, когда трио возникло на пороге моей спальни. Я стояла перед ними, отчаянно изображая беззаботность, одетая в черную футболку и черные слаксы. Без маски. Мои отрастающие волосы вились темной копной, придавая мне сходство с Мо из «Трех Комиков».

— Добро пожаловать в логово Призрака! Давайте, покажите свое волшебство.

Мой голос звучал радостно, я несколько часов репетировала эти слова.

Все трое с ужасом уставились на меня. Джуди пробормотала:

— Господи, как тебя жалко. Я не знала, что все так плохо.

Люси расплакалась и кивнула.

— Мы думали, что слухи преувеличивают.

Рэнди же просто попятился к двери, схватившись за сердце.

— Мне нужно подышать, — охнул он. А когда чернокожий парень бледнеет, сразу ясно, насколько все плохо.

Вот и закончилась моя группа поддержки. Их очевиднаяжалость стала для меня неожиданным шоком. Я отмахнулась.

— Спасибо, что пришли, но давайте перенесем встречу, а? У меня впереди еще несколько операций на лице. В следующий раз я буду выглядеть куда лучше. И мы все вместепосмеемся над вашей реакцией. Ладно?

Они сбежали так быстро, как только позволяли гипервентиляция и остатки хороших манер. Я подошла к столу и вычеркнула всех троих из адресной книги. Не будет больше никаких сессий со стилистами.

Ту ночь я провела вне дома. Лос-Анджелес мерцал огнями под прекрасной одинокой луной. Я сидела у бассейна, опустив босые ноги в воду, смотрела на отражение луны и плакала от отчаянья. Я не могла заставить себя взглянуть на свое отражение в воде.

Покопавшись в своих лекарствах, я нашла баночку таблеток, которые перестала принимать несколько недель назад, когда смогла терпеть боль и без них. Высыпав капсулы на обожженную ладонь, я пересчитала их, по одной сбрасывая обратно в баночку. Обезболивающее на основе опиума глухо стучало о пластик. Клад. Клад. Клад.

Запить их бутылкой бурбона — и они навсегда избавят от боли. Эту мысль я решила запомнить.

Искалеченная затворница — невыносимый стыд заставляет Кэтрин Дин прятаться от людей

Занавески, маска, холодная еда — слухи о сумасшествии звезды нарастают

Самая красивая женщина поражает своими чудачествами

В основном таблоиды говорили полуправду с дикими передергиваниями в сторону откровенной лжи. К сожалению, в моем случае они были правы. Джуди, Люси и Рэнди не смогли удержаться и рассказали обо мне своим друзьям, которые рассказали репортерам.

Только еженедельная посылка от Дельты и Томаса не давала мне наглотаться таблеток. В один из самых депрессивных дней я вытащила несколько фотографий и стала их пересматривать.

«На этой фотографии, Кэти, ты дремлешь на пастбище», — писал Том в нижней части фотоснимка. Маленькая золотисто-белая телочка дремала на солнце. На втором фото она убегала от маленького козленка. Томас писал: «А здесь ты играешь в салочки с Эллен. Ее назвали в честь Эллен Ли Дедженерес. Вы с маленькой Эллен чудесные друзья».

Судовладелец из Греции назвал яхту в мою честь. Знаменитый шеф-повар назвал в мою честь десерт. Но никто и никогда раньше не называл в мою честь телят. Крошечную золотисто-белую коровку с большими темными глазами и маленьким нежным носом, который поместился бы у меня в ладони.

Она была прекрасна. Я положила фотографии на ночной столик, перед таблетками.