Немногочисленные встречные слуги и придворные реагировали на наше шествие одинаково – впадали в ступор. Когда мы подошли к входу в трапезный зал гвардейцы караула отреагировали несколько иначе: они с таким нескрываемым восхищением уставились на девушек, позабыв и про службу, и про этикет, что те мило порозовели и потупили глаза. Входя внутрь, я впервые не услышал вопля мажордома. Бросив на него взгляд, я невольно улыбнулся. Вскочивший при нашем появлении слуга, пытался что-то сказать, но, кроме шипения, не смог издать ни звука. Все разговоры смолкли, и за столами установилась тишина. Все без исключения присутствующие смотрели на моих дам с изумлением.
– Вы идите на свои места, – сказал я женам. – А я усажу Кару. И выше носы, отступать вам уже некуда!
Я сделал то, чего и добивался, я их разозлил. Сердито посверкивая глазами, они оторвались от меня, и пошли к своим креслам, опять напустив на лица надменное выражение. Я подвел Кару к самому концу стола и усадил. Один из слуг почти тотчас поставил перед ней блюдо. Где он его интересно взял? В руках, по-моему, ничего не было, из-за пазухи, что ли, достал?
– Господа! – объявил я придворным. – Рад вам представить гостью его величества, леди Кару Лано!
Внимание придворных мигом переключилось с моих жен на возможную будущую фаворитку. Тем более что девушки уже спрятали свои ножки за столом, и смотреть стало особенно не на что. Едва я уселся на свое место, как зашел король. Не услышав обычных приветственных выкриков, он с удивлением посмотрел в сторону еще не пришедшего в себя мажордома и увидел рядом с ним Кару. Просияв, Игнар направился к ней.
– Моей гостье не подобает сидеть в конце стола, – сказал он, предлагая руку женщине. – Прошу вас пройти со мной!
Он провел смущенную таким вниманием Кару и усадил ее на то место, где прежде сидел Стах. На моих жен он при этом внимания, естественно, не обратил, тем более что я ему их загораживал.
Обед прошел очень оживленно, чего уже давно не было. Король был весел, шутил и переговаривался с гостьей, придворные за своими столами тоже вовсю шушукались, обсуждая женскую часть нашего стола. Мои девочки тоже начали отрывать глаза от тарелок, настороженно посматривая в сторону придворных, но так и не увидели на их лицах того, чего боялись увидеть – насмешки. Наконец, король встал сам и помог подняться Каре, на всеуслышание заявив, что будет рад ее видеть за своим столом постоянно. Поднялись и мы. Вот тут Игнар уже не мог не заметить, во что одеты девушки.
– Это еще что такое? – спросил он у дочери, изумленно подняв брови. – А ну повернись!
Лана демонстративно повернулась, уперев одну руку в бок. Поза, по-моему, получилась потрясающая.
– А что? – спросила она. – Разве тебе не нравится? В Коларии это сейчас последняя мода!
Игнар перевел взгляд с дочери на меня и обратно.
– Это ты их в это обрядил? – спросил он у меня.
– При чем здесь я? – сделал я удивленное лицо. – У них и без меня есть вкус. А шил костюмы лучший портной. Получилось очень удобно и красиво. Разве вам не нравится?
– Как вам этот вид? – повернулся король к Каре.
– Я привыкла к штанам, ваше высочество. При моей работе они гораздо удобнее платья, а запретов на их ношение нет. А эти еще и пошиты замечательно и прекрасно подчеркивают все достоинства фигуры.
– Слишком подчеркивают, – проворчал Игнар. – Раньше вы своими юбками хоть что-то скрывали. Бедные мужчины! Вот вы, леди, надели бы такое?
– Почему нет? Если такое надевает принцесса, то в этом нет никакого позора. Конечно, это только для тех, у кого красивая фигура.
– Да, вам бы пошло, – обласкал взглядом ее фигуру Игнар. – Надо будет заказать для вас. Сделаешь для меня, дочь?
– Я попробую, – со вздохом отозвалась Лана. – Только у мастера и так сейчас на такие костюмы много заказов. Но мне, думаю, он не откажет.
Король кивнул нам и покинул зал. Не успели мы сделать и нескольких шагов, как оказались в окружении придворных.
– Принцесса, – умоляюще обратилась к Лане Ольма Кошт. – Замолвите за меня словечко мастеру. – Я за ценой не постою!
– Моя жена такой костюм вряд ли наденет, – сказал мне граф Рудек. – А вот дочери очень должно подойти. – У кого шили, милорд?
– Это обращайтесь к моим женам, Сален, – ответил я. – Они с ним дело имели, я лишь нарисовал, как должно выглядеть.
– А вот я такое никогда бы не надела! – с деланным возмущением заявила Ларна Сорма.
– Конечно, баронесса, – сочувственно обратился я к ней. – Я бы тоже не надел такие брюки с кривыми ногами.
Вокруг засмеялись, а Ларна покраснела, не зная, что сказать в ответ.
– Извините, господа, – сказал я сразу всем, – но нам пора. Леди Кара, вы идете с нами?
Видимо, за время обеда те, кто нас до него видели, растрезвонили о нарядах моих жен всем, кому успели, потому что на обратном пути мы встретили уйму народа. Теперь шокированных не было, все, делая вид, что идут по своим делам, с жадным любопытством пялились на девушек. Я ожидал любопытства или возмущения, но никак не такого всеобщего интереса.
– Чтобы я его еще хоть раз надела! – Лана, возмущенно шипя, сдирала с себя брюки.
