- Да? - Алексей почувствовал неприятную дрожь в нижней части лица, - А что еще Вы про меня помните?
Кошелев развел руками.
- Да больше ничего. А что?
Алексей почувствовал гнев, нарастающий и поднимающийся откуда-то из живота к голове.
- Значит, ни хрена не помните, но, что я - Климов, запомнили? А если я не хочу быть Климовым? Что такое Климов - рука или нога? Что это за клеймо на лбу - "Климов"? Меня кто-нибудь спросил, хочу ли я быть Климовым?
- Да что Вы так перевозбудились-то? - удивился Кошелев, - Если не нравится, смените фамилию, да и все.
Алексей осекся, уставился на Кошелева.
- Вот так просто? А что еще сменить? Национальность, форму черепа, цвет глаз?
- Ну а в чем проблема-то? Меняйте. Форму носа или груди, культурные предпочтения, гражданство, пол, в конце концов. Не в Средние века живем. Самоидентификация - личный выбор каждого, - Кошелев глубоко вздохнул, в сердцах топнул ногой, - У Вас же есть какое-то высшее образование. Я понимаю, что российское, но все же Вас хоть как-то мыслить должны были научить. Поймите, ни к чему, что Вас тяготит, Вы гвоздями не приколочены. Если хотите, Вы можете перестать быть русским, патриотом, вообще, россиянином...
- Человеком, - добавил Алексей.
- Что? - не понял Кошелев.
- Естественное продолжение последовательности: перестать быть тем, другим, третьим. Следующий член ряда - перестать быть человеком.
- Да нет же! - закричал Кошелев, - Наоборот, освободившись от всей этой мишуры, как раз и сможете стать человеком. Хотя бы попытаться стать цивилизованным европейцем.
Алексей качнулся как от удара.
- Уже попробовал, - сказал он тихо.
- Что попробовали?
- Стать европейцем. До Харькова доехал. Европа меня отвергла. Сказала, что я - Климов, и выплюнула обратно.
Быстрым шагом Алексей покинул переулок, оставив там стоящего в недоумении Кошелева.
***
Климов сидел за столиком, отхлебывая горячий шоколад, пристально глядя на входную дверь заведения. Наконец, увидел старика в свитере грубой вязки и древней болоньевой куртке. Старик прищурился и повел длинным носом из стороны в сторону. Шкиперская бородка с проседью выглядела глуповато, но нервно-агрессивный вид вошедшего к шуткам не располагал. Фотография на сайте явно была сделана лет двадцать назад, но сомнений в личности нового посетителя "Шоколадницы" у Климова не возникло.
Алексей вышел из-за столика и протянул руку.
- Эдуард Сергеевич! Это я Вам звонил.
Викентьев молча уставился на него. Оглядел с ног до головы. Руку как будто не заметил. Ни слова не говоря, сел за ближайший столик. Климову оставалось только расположиться напротив.
- Меня зовут Алексей Климов. Я могу Вам рассказать, почему погибают Климовы.
- Десяти минут хватит? - недружелюбно поинтересовался Викентьев.
- Постараюсь.
***
...Полтора года назад будущий Счастливчик, в миру - Алексей Климов, очнулся в грязном холодном подвале с кляпом во рту и руками, скованными наручниками за спиной. Открыв глаза, тут же зажмурился - кто-то немилосердно светил в них фонарем. Климов изумленно замычал, попробовал встать и рухнул, сбитый с ног пинком.
- Сиди уже, - услышал он голос, который Климову очень не понравился.
Неизвестный воткнул фонарь между склизлой стеной и водопроводной трубой, создав в подвале некое подобие освещения. Повесил на шею шнурок с телефоном. Глянул на экран. Удовлетворенно кивнул. Нажал кнопку. Присел на корточки перед Алексеем. Климову бросились в глаза сантиметровый ёжик жестких волос, подергивающийся глаз незнакомца и бордово-красные, будто воспаленные, губы.
- Ну что, процесс пошел. Кивни, если слышишь и понимаешь.
Климов посчитал за благо утвердительно мотнуть головой.
- Вот и славно, - умильно заметил бритый, - Я, ведущий специалист аналитического отдела бла-бла-бла и все такое Николай Портной, начинаю проце... дуру, - и глупо хихикнул.
Алексей понял, что тюремщик изрядно под градусом.
- Здравствуй, Климов. Хотя вы для нас все - климовы, но ты еще и по паспорту. Это приятно. Устраивайся поудобнее, я тебе сказку буду рассказывать.
Климов помычал, мотая головой.
- Не, не, - человек, назвавшийся Портным, покрутил пальцем перед лицом Климова, - Пока я тебе не буду кляп вынимать. Сначала ты меня выслушаешь, а уже потом скажешь, что потребуется.
Бритый хохотнул, прокашлялся.
- Серьезней надо. Запись ведь, документ. Короче, ты такого человека - Васятка Ефремов, знаешь?
Климов кивнул.
- Ага, - удовлетворенно покивал бритый, - Кто же его не знает? Он же детей больных лечит. Со всей Земли к нему съезжаются. Вот и дочка моя, непременно вылечилась... бы! - вдруг крикнул бритый, так что Климова передернуло, - Если бы в очереди ее не поставили на хренсотое место. Поздно он прилетел. Я, ведь, знаешь, - Портной перешел на доверительный тон, - этим делом-то, - он вытащил из кармана флягу, - занялся после того, как златовласке моей рак диагностировали. И болтать стал много не по делу. А до того-то был подающий надежды оперативный аналитик, офицер на хорошем счету.
Портной хлебнул из фляги. Запахло алкоголем.
