— Совсем не долго. Главное здесь не время обучения, а практика и конечно большое желание. Я учился три года.
— Долго…
Капитан весело рассмеялся.
— Юношам каждый год тянется как вечность! У всех так было и у меня. Три года пролетают как один день, поверьте мне, месье Барни!
— А сколько стоит такой корабль, как ваш?
— Корабли этого класса очень дороги и по карману только правительствам и корпорациям. Торговый каботажник можно взять в аренду и летать между планетами одного субсектора, зарабатывая деньги. Многие так поступают. Есть, конечно, шикарные звездные яхты и глав корпораций или у некоторых толстосумов. Миллиард или два, быть может….Честно говоря, никогда ценой кораблей не интересовался. У меня нет миллиарда, но я летаю между мирами и вижу такое, что миллиардам людей и не снилось. Учиться на пилота перспективно, месье Барни.
— И вам вживили в мозг комп?
— Такое практиковали столетие назад. Теперь не нужно. Человеческий мозг лучше компа, да и компы теперь иные, они полуразумны.
— Полразума разве это разум?
— Умеете вы задавать вопросы, месье Барни!
— Извините, капитан.
— Ничего. Каюта для вас приготовлена, месье Барни и Алетт вас проводит и поможет обосноваться.
— Алетт?
— Привет, Барни, это я Алетт.
Девушка стояла в двух шагах. Миниатюрная, изящная, в синей куртке и синих, узких и коротких шортах. На голове тугая косынка, яркая, с цветными узорами. Такая же косынка на шее девушки и завязана пышным бантом.
Девушка протянула Лаки пару белоснежных туфель.
— Их надо надеть, если не хотите летать по коридорам и каютам.
— На кораблях этого класса нет искусственной гравитации, ради экономии места и энергии. — Пояснил капитан. — А в этих туфлях вы сможете ходить, почти также как на планете, только не отрывайте от пола обе ноги одновременно.
— Спасибо, капитан.
— Не стоит благодарностей.
Только теперь Лаки обнаружил, что зафиксирован к креслу эластичным ремнем у талии.
Алетта опустилась на корточки и помогла Лаки надеть туфли, а потом отстегнула ремень.
У нее были мягкие черты лица, чуть вздернутый, задорный носик, большие карие глаза и рот с легкой улыбкой.
— Я провожу тебя.
Протянула руку. Лаки взял в ладонь ее прохладные пальчики и почувствовал, как кровь прилила к лицу.
Он опустил взгляд на пол.
— Сколько тебе лет, Барни?
— А что?
— Ты так мило покраснел. Мне понравилось.
Лаки недоверчиво посмотрел девушке в лицо.
"Она насмехается?"
Нет, она серьезно и доброжелательно смотрела на Лаки.
— А почему у тебя эта повязка на голове?
— Чтобы не брить голову и сохранить волосы. Дело в том, что мы женщины интенсивно теряем волосы. Выпадают старые, растут новые. В невесомости они разлетаются по всюду и это не приятно, когда при вдохе чужие или свои волосы попадают в дыхательное горло. Система вентиляции не всегда способна убрать мусор такой крупный считает господин Чандлер.
— На меня тоже такое наденут?
— Нет! — засмеялась девушка. — У господина Чандлера такой пунктик только в отношении женщин. Вот мы и пришли. Ты неплохо справился с хождением в невесомости.
— Правда?
— Абсолютно. И еще. — Алетта приблизилась к Лаки. — У тебя горячая и сухая рука. Мне это тоже нравится.
Дверь бесшумно скользнула в стену. Открылась комнатка выкрашенная в бежевый цвет с голубым потолком и в тон ему пружинистым покрытием на полу.
— На корабле есть только две каюты для важных гостей и курьеров. В одной из них господин Чандлер расположился, а эта для тебя.
Алетта прошлась по маленькой комнате, показала Лаки, как выдвигается кровать, как активируется визор и как пользоваться пеналом с душем.
— Спасибо.
— Не за что, Барни. Вот здесь на панели кнопка в старинном стиле. Нажмешь и я приду, если что потребуется.
От ее взгляда Лаки покраснел опять.
— У тебя тоже каюта?
— О, нет. У членов экипажа только пенал для отдыха. Нас всего в экипаже десять и мы все размещаемся на площади с эту комнату. В пенале можно только спать. Свободного времени у нас нет. Либо вахта, либо отдых.
— И вам это нравится?
— Это работа, Барни и за нее платят хорошие деньги.
— Понятно…
— Вот и умница!
Рука девушки ласково коснулась щеки Лаки. От этого прикосновения захватило дух.
Она повернулась и вышла и видение ее тугого зада, обтянутого тесно тканью шортов, не выходило из головы еще несколько минут.
Через десять минут, посидев на узком кресле у темного экрана визора, Лаки протер взглядом дыру в кнопке, про которую говорила Алетта. Так просто — нажать и она придет. Гибкая, длинноногая, ласковая…
"Я хочу ее видеть. Опять. Почему? Я уже по ней скучаю! Странное чувство! Я же ее совсем не знаю!" Ни одна еще девушка так плотно не занимала мысли Лаки.
