Среди огромных деревьев плавно кружились разноцветные огоньки. Золотистые, зеленые, синие. Потрясающее зрелище. Возглас изумления приходилось силком удерживать в груди.
Осторожности способствовали и ночные звуки со всех сторон. Сквозь урчание мадралов то и дело пробивался далекий рев, вопль какой-то птицы, вой, рык и детский смех. Последний ужасал больше всего.
Урочище было великолепно. Идеально прямые деревья, закрывающие небо кроны и танцующие огни. Земля ровная, под ногами приятно пружинил разноцветный мох. Не путь, а радость. Лишь невозможность беседы омрачала чудную дорогу.
Один раз Гезеш почти столкнулся с рослой тварью, замершей среди деревьев. Тьма проскользнул у нее прямо под носом, и Лесорубу ничего не оставалось, как последовать его примеру. В ночи блеснули глаза медведеподобного чудовища, зверь потянул носом, фыркнул, но фурмагарец уже проскользнул мимо, доставив Друзу сомнительную радость любоваться мордой лесной твари.
Мадралы загудели чуть громче, и Гезеш услышал, как коротко рыкнул оставшийся за спиной зверь. Под рубахой заструился ледяной пот. Шансов в драке с такой образиной не было.
Но повезло. Тьма на ходу обернулся, довольно качнул головой и до самого утра больше не поворачивался.
Над Урочищем взошло солнце, и Гезеш опять с трудом сдержал вздох восхищения. Лучи света, пробивающиеся сквозь кроны, зачаровали ни на шутку. Огни продолжали кружиться среди деревьев, тихо шелестели листья, а вокруг рычали, выли, смеялись, надсадно кашляли и ревели невидимые обитатели леса.
Когда Тьма знаком скомандовал привал, Искатели даже сели как можно тише. Сразу объявилась Карна. Девушка с восторгом оглядывалась по сторонам. Гезеш не сдержал улыбки, любуясь ее счастливым лицом. Да… Здесь красиво.
До его плеча аккуратно дотронулся Паблар и с кривой ухмылкой ткнул рукой куда-то в чащу. Посмотрев в указанном направлении, Лесоруб обмер. Вдали, меж деревьев, семенил огромный паук, даже здесь слышался скрежет хитиновых лап, который вплетался в общий фон загадочных звуков.
За тварью скакала стая небольших зверьков с непропорционально маленькими головами. Гезеш вновь с трудом удержался от вздоха, на сей раз – удивления…
Урочище… Красота, наполненная смертью. Мадралы – счастливый народ, раз живут в таком месте без опаски…
Спать не хотелось – слишком много впечатлений за ночь. Гезеш в очередной раз позавидовал Друзу. Наемник уснул, едва Тьма объявил о начале отдыха. Родинка и Паблар последовали примеру приятеля чуть позже, а вот Лесоруб никак не мог призвать хоть толику сна. Да и Джаззи ворочался рядом, с прищуром косился в чащу и беззвучно ругался.
Косые столбы света меж деревьев. Похоже на то, когда в темную пыльную комнату сквозь щели в ставнях проникают солнечные лучи. Кажется, что до них можно дотронуться, но рука упорно проходит сквозь светящуюся преграду, не чувствуя никакого сопротивления.
Мадралы развалились вокруг лагеря, не прекращая монотонно урчать и равнодушно поглядывать на отдыхающих людей.
Странные существа. Как не от мира сего. Замкнувшиеся в глухих чащобах, нашедшие в Безумии свой рай.
Хотел бы Гезеш жить в Урочище, не чувствуя страха, и каждую ночь любоваться на танец загадочных огней? Нет уверенности. И да и нет. Любое чудо может стать пресным, королева – гарпией, угощение – обычной пищей.
Искатель наткнулся на изучающий взгляд Тьмы. Черный мадрал после погибшей деревушки относился к Гезешу с подозрением. Запали в душу слова о Слуге Безумия? Возможно… Лесоруб догадывался, что имели в виду Паладины. Может, они увидели Лик? А может – потому что он фурмагарец? Марионетка, которой дана неизвестная задача, роль, способная оказаться всем чем угодно. Или все-таки Лик?
Карна парила среди деревьев, игралась с лучами света, будто совсем юная девчушка, гонялась за огоньками. Сердце Лесоруба опять заныло от смеси сладостного восторга и отчаяния. Ей хорошо. А он убьет ее, как и всех Проклятых, как и сотни дундэйлцев, тысячи Диких…
Ради чего?
Разве Безумие унесет больше жизней, чем весь этот поход?
А что, если и затея с Прорывом – часть общего сумасшествия Кимании?!
Вдалеке прошел волосатый согбенный великан. Гигант на ходу отрывал конечности от словленной им твари и отправлял их в окровавленную пасть. Милое зрелище… Жизненное. Сильный жрет слабого. И так было, и так будет без участия Безумия или иных проклятий.
За размышлениями незаметно пришел сон. Неожиданно спокойный, красивый. В нем Гезеш и Карна, взявшись за руки, гуляли по Урочищу, и девушка говорила теплые, ласковые слова.
Когда Лесоруба разбудил толчок в плечо, он с трудом удержался от того, чтобы не врезать в ухмыляющуюся рожу Паблара. Разрушить такое видение! Приятель отшатнулся от раздираемого ненавистью Гезеша и покрутил пальцем у виска.
Темнело.
Искатели перекусили, обмениваясь короткими жестами, и принялись ждать, когда мадралы сообщат о начале перехода. Все это время Гезеш взглядом искал среди деревьев Карну, но Призрак вновь ушла в невидимое состояние…
