– Стемнеет сегодня раньше, – заметил Паблар. – Когда остановимся?
– Не жди остановки, – мрачно посоветовал уже знакомый Искателям Меч. – Идти будем до тех пор, пока не выйдем из долины.
– Да ладно? – Убийца опешил. – А почему дневку не сделали?!
– А вот так, – издевательски хмыкнул воин. – Тут на ночь вставать нельзя… И рядом с этими холмами тоже. Не волнуйся – света для пути хватит.
– А что это горит? – спросил его Гезеш.
– Не знаю и знать не хочу. Добрые вещи по ночам в лесах не светятся.
Через полчаса по доспехам забарабанил дождь. Громыхало гораздо чаще, гроза проходила прямо над путниками.
Промокшие, злые, они шли по извивающейся лесной тропе, мимо мертвых деревьев. Тени сопровождали отряд, не пытаясь приблизиться. Но их становилось все больше. Уже крикнул кто-то из воинов: «Движение справа». Уже тренькнула раз тетива лука, и раздался раздраженный вопль стрелка.
– Дождь… – угрюмо выругался Паблар. – Стрелять бесполезно.
Впереди сиял пламенем Гнев, словно путеводная звезда отряда. Гезеш чувствовал, что начинает ненавидеть Проклятого. Все ему нипочем. Нечего бояться.
– Что за твари? – в очередной раз возмутился Джаззи. Он буравил взглядом лес, тени обнаглели настолько, что не пытались скрыться. Слава Творцам, что и не нападали.
Когда зарядил ливень, хлесткий, злой, впереди раздался яростный вопль и короткий предсмертный крик.
– А-а-а, Безумие. – Джаззи поплотнее сжал клинок.
– Пробуют на прочность, – прокомментировал происходящее Меч слева. – Если дождь не утихнет – нападут.
– Да что это за твари?! – возмутился Гезеш. Вода заливала смотровую щель шлема, и Лесоруб скорее угадывал, чем видел, что происходит вокруг.
– Я же сказал – местные, – донесся голос Меча.
– Дерьмогадство, – буркнул Джаззи.
Когда Искатели проходили мимо убитой тени, Гезеш чуть не взвыл от ярости. Из-за дождя труп, валяющийся на земле, он почти не разглядел. Лишь понял, что существо действительно похоже на человека.
Больше нападений не было. Дождь медленно утих, небо чуть посветлело. А отряд все полз по лесной тропе, и все скользили в чаще загадочные силуэты.
Шли долго. На землю опустилась ночь, и лишь алое зарево с юга давало шанс увидеть во тьме хоть что-нибудь. Бойцы шагали молча, изредка слышалась чья-то брань, когда под ноги попадалась незаметная во мраке выбоина.
Ноги ныли от напряжения. Каждый шаг давался с трудом, Гезеш с тоской понимал, что остановись отряд на привал – и алебардист не поднимется. Просто не сможет.
К низкому гулу долины добавился звон в ушах. Усталость давала о себе знать.
– Долго еще? – поинтересовался Лесоруб.
– Достаточно, – донеслось справа.
От красных вспышек людям казалось, что лес танцует безумный танец. Пляска мертвых деревьев. Жутко. Очень жутко.
Когда небо начало светлеть, Гезеш уже с трудов переставлял ноги, моля судьбу даровать отдых. В душе ворочалась ярость, когда очередной поворот выводил не на холм, а одаривал путников следующей темной лентой. Сколько еще можно идти? Когда уже?!
– Холмы! – донесся с головы отряда крик Антага. – Держись, братки! Дошли, слава Творцам!
И в этот момент с хвоста колонны донесся вопль:
– Атака слева!
Гезеш едва успел сообразить, что происходит, как из чащи вылетели силуэты. Прижимаясь к земле, цепляясь за нее руками, тени ринулись в бой.
Меч слева с рыком развернулся, встречая нападающих. Рядом с ним застыл Джаззи. Паблар, матерясь, заряжал арбалет.
Когда в щит шута врезалась первая тварь – Гезеш понял, что ошибался. Это не люди. Может быть, раньше они ими были, но не теперь.
Справа отряд атаковали мигом позже. Лесоруб схватился за алебарду, случайно заехал древком по шлему склонившегося Паблара, услышал проклятие убийцы и пристроился за спиной Джаззи.
Долговязый Меч отбросил одну тварь щитом и рубанул вторую. Лесоруб с трудом уклонился от клинка товарища и встретил еще одного нелюдя ударом алебарды.
– Не мешай, дурак! – взвыл Меч и с хаканьем развалил очередного противника. Гезеш отпрянул. Да, сейчас от него толку нет. Бойцам и так не развернуться, а тут еще и он лезет. На место алебардиста встал Паблар, выстрелом сбил прыгнувшего безволосого ощерившегося карлика и принялся деловито перезаряжать арбалет. Вокруг шумел бой. А Лесоруб даже не мог помочь товарищам, чтобы случайно не зашибить кого-нибудь из них.
Лес стонал от воплей людей и визга нападающих. Сейчас Гезеш мог разглядеть их как следует. Худющие, безволосые, перемещающиеся почти на четвереньках карлики. Оружия у них не было. Вполне хватало зубов да когтей.
Драка прекратилась неожиданно: словно повинуясь неведомому зову, твари бросились бежать.
Дикие остались на месте, долговязый Меч с трудом удержал рванувшегося вперед Джаззи.
– Вперед! На холмы! – проревел впереди голос Антага.
Подгонять отряд не пришлось.
Пока шли, Гезеш насчитал около десятка убитых Мечей. Края дороги были завалены бледными телами напавших. Долговязый сквозь зубы костерил Ухкув, с опаской вглядываясь в фигуры убитых товарищей. Когда поднялись на холм, он облегченно вздохнул. Видимо, его друзей среди павших не нашлось.
На вершине Диких встретил ветер, и Антаг скомандовал привал.
