По краю холма выстроились едва держащиеся на ногах щитники и арбалетчики, напряженно ожидая новой атаки.
– Какой привал? – крикнул Гезеш.
– На восточные холмы местные не поднимаются. Тут ветер. Они его боятся. Может, шальной какой забежит, ну да ребята встретят! – раздался крик Антага.
Мимо Лесоруба прошел Гнев, направляясь за телами убитых Мечей.
– Гнев, кто это?! – спросил его Джаззи.
– Потом, – пророкотал Горящий.
– Отдыхаем до полудня. К вечеру будем у оазиса. – Антаг приблизился к Гезешу. – Цел, вижу?
– А толку? – фыркнул тот и растянулся на земле. Его трясло от слабости и злости на себя. – Как дурак стоял, сделать ничего не мог.
– Да, алебардой в таком строю особенно не помашешь, – согласился командир Мечей. Он был бодр, крепок. Будто бы и не шел ночь напролет вместе со всеми. Большая часть воинов с трудом держалась на ногах, а Антаг бурлил энергией. – Мы неплохо отделались. – Он поглядел на долину. – Я боялся, что больше потеряем. Если бы атаковали во время дождя…
– Повезло, – Гезеш закрыл глаза. Немедленно закружилась голова и к горлу подкатил ком тошноты.
Встряхнувшись, Искатель сел.
На холме появился Гнев, волочащий за шиворот двоих мертвецов. Мечи заворчали, глядя на такое обращение с погибшими товарищами.
– Вам тела или жаркое принести? – неожиданно рявкнул Горящий. Лесоруб понял, что Проклятый в бешенстве.
– Спокойнее! – окликнул Огненного Антаг.
Тот лишь махнул рукой и вновь зашагал вниз.
– Поганое место… – пробормотал Гезеш.
– На востоке будет еще одна долина, – мрачно заявил Антаг. – Сейчас земли поспокойнее пойдут, даже дневку с комфортом проведем. Но потом, после Храма, опять придется так идти.
Гезеш посмотрел в сторону их пути. Небо. Простое небо, ничего не видно. Вставать и идти к краю холма не хотелось. Не было сил.
– Отдыхайте, – Антаг оглядел Искателей. Выглядели друзья довольно жалко. Джаззи осоловевшим взглядом пялился на долину. Паблар, стиснув зубы, массировал икры. Тяжело дышал измученный переходом Родинка, не сводя глаз с верхушек мертвых деревьев.
А Друз уже уснул! Заметив это, Гезеш не удержался от смешка. Наемник везде наемник. Есть возможность поспать – он ею воспользуется.
– Отдыхайте, – повторил Антаг.
Лесоруб устало кивнул, скинул шлем и повалился на спину.
В следующий миг он тоже спал.
В полдень вымотанный отряд спустился вниз.
Здесь мертвые участки леса встречались реже и все чаще попадались живые деревья. Местность изобиловала холмами. Всю дорогу одни холмы. Небольшие, не чета тем, через которые перевалил отряд утром, но когда в очередной раз приходилось забираться на возвышение – измученные мышцы выли от боли.
Один раз Дикие миновали крошечную ощетинившуюся частоколом деревеньку. На смотровой вышке стоял худой лучник, настороженно изучая проходящих мимо солдат.
На него не обратили никакого внимания и, не останавливаясь, прошли мимо поселения.
Стрелок что-то гортанно крикнул своим, нехорошо улыбнулся и больше не сводил с бойцов жгучего взгляда, пока те не скрылись в лесу.
К вечеру показался обещанный Антагом оазис, и отряд застонал от облегчения, увидев небольшое лесное озерцо с примыкающим к нему диким лугом.
Здесь решили остановиться на несколько дней, и если бы Антаг вздумал погнать отряды дальше, то, Гезеш был уверен, у Мечей сменился бы капитан. После зверского убийства прежнего.
До утра все с наслаждением отдыхали, конечно, за исключением дозорных и часовых. Те с молчаливой завистью глядели на спящих и мстительно будили смену. Но едва взошло солнце – лагерь оживился Антаг отправил пару десятков бойцов в лес, на охоту у озера расположились рыбаки.
Припасы отряда подошли к концу, и дни отдыха в богатой зверьем местности командир Мечей решил провести с пользой.
Искателям, как обычно, досталась роль безучастных к общей суете отдыхающих. Они не раз и не два ловили на себе недовольные взгляды Диких, но старательно их игнорировали. Поначалу, еще на том берегу Низин, Гезеш пытался поговорить с Антагом, что не стоит относиться к ним, как к избранным.
Тот лишь ухмыльнулся и сообщил, что если Лесоруб не избран, то он не капитан Мечей.
Спорить алебардист не стал. Поэтому сейчас равнодушно поглядывал на деловито снующих воинов и лениво грелся в лучах солнца. Стоит сказать, что Паблар и Джаззи новой должности бездельников только радовались. Друз и Родинка, наоборот, горели желанием поработать, но против раздраженного приказа Гезеша: «Не хотят – не надо» – идти не решались.
Тепло, по-летнему тепло. В ветвях щебетали птицы, от озера доносился запах воды.
Гезеш почувствовал, что стало припекать.
– Привет, Гнев! – радостно воскликнул Джаззи. – Просуши мне стегач, а?
– Перебьешься. – Горящий застыл над Лесорубом: – Ну что, отдыхаете, Искатели Покоя, а?
В голосе Проклятого царили довольные нотки. Наслаждаясь пением птиц, веселой бранью в лагере и гудением огня от Гнева, Гезеш умиротворенно кивнул.
– Ну и славненько. – Горящий присел на корточки, и командир Искателей невольно отодвинулся от жара подальше.
– Давно с вами не общался, – хмыкнул Проклятый.
– Новые друзья? – ехидно поинтересовался Джаззи.
