Гезеш был уверен, что путь окончится неудачей, и уже планировал, куда двинется дальше. Дундэйл. Страна-борец. Можно, конечно, отправиться и в Ангифию, благо недалеко, но Гор как-то рассказал, что граница с тихим королевством закрыта. Указ соседского монарха – пускать только жителей Ангифии, остальным хода нет. Достойный ответ Эльнаи. Мол, вы наших скармливаете, а мы люди благородные, мучить не будем. На границе подстрелим, и всего-то делов. Однако морские пути не перекрыли, торговля между соседями процветала.
Так что командир Искателей уже планировал идти в Дундэйл. Словам Гнева, что Диких в королевстве рыцарей сразу вешают, Лесоруб верить не хотел. Догадывался, конечно, что Горящий опять прав, но где написано, что семеро странников – бывшие Проклятые? Это не Стена, рожденная Безумием, это люди. Их можно обмануть, убедить.
Мудрый в последние дни сдал еще больше. Вид близкой цели его выматывал, пожирал силы. Безумный огонь во взоре седовласого с каждым шагом горел все ярче, выжигал нутро, опалял соседей. Мудрый слабел на глазах.
На дорогу вышли неожиданно. Только что ломились сквозь едва зазеленевшие заросли, спотыкались о корни, и тут – тропа. Заросшая, много лет не видевшая колес.
– На север, – махнул рукой Гор и с опаской посмотрел на чертыхающихся воинов.
– Иди, – заметил его испуг Гезеш. – Свободен.
Друз с невозмутимым видом обрезал веревку, опутывающую пояс проводника. Сплюнул, криво улыбнулся и отошел от неуверенно переминающегося с ноги на ногу Гора.
– Иди давай, – повторил Лесоруб, перехватил алебарду и зашагал по тропе на север. Искатели молча последовали за командиром.
Гор с трудом дождался, пока солдаты скроются за поворотом. До последнего ждал, что кто-нибудь из них передумает, обнажит меч и вернется. Или Паблар с ехидной улыбкой сдернет с плеча арбалет, не спеша его зарядит и просто пустит на прощание стальной болт.
Ничего подобного не случилось. Дикие ушли, растворились в лесу, и проводник поспешил по тропе на юг, мечтая о встрече с Вольными Ловцами.
Он сломал себе шею спустя четыре дня. Неудачно свалился в овраг.
* * *
Заставой оказалась небольшая, покосившаяся изба с подгнившим крыльцом, повисшими на одной петле ставнями да залатанной крышей, украшенной огромным вороньим гнездом. Во дворе колодец – «журавль», небольшой дровяной сарай. Место запущенное, но жилое. У дома сидел здоровенный, косматый черный пес. Увидев бредущих по дороге воинов, он глухо зарычал, но с места не сдвинулся.
– Это застава? – удивился Джаззи. Собака ощетинилась и легла, не сводя умных глаз со странников.
– Сейчас узнаем, – пожал плечами Гезеш. – Друз.
– Я туда не пойду! – мрачно сказал наемник. Взгляд сурового Искателя не отрывался от разлегшегося у крыльца животного.
– Я подарю тебе щенка, – внезапно догадался Джаззи. Друз боялся. Опытный наемник смотрел на собаку, как на врага. – Славного, милого, черненького щеночка!
– Зарежу обоих, – многозначительно заметил Друз.
В доме что-то звякнуло, грохнуло, раздался придушенный возглас. Пес недовольно тявкнул и, повернув голову к двери, неуверенно вильнул хвостом.
Та со зловещим скрипом отворилась, и на крыльце появился бородатый, заспанный здоровяк. Подтягивая штаны, он в изумлении воззрился на замерших Искателей и многозначительно промычал:
– Вы че?
– К Стене правильно идем? – Лесоруб не смог придумать вопроса поумнее.
Мужчина покосился на нависающую над лесом черную громадину, одернул рубаху и растерянно кивнул:
– Ну да.
– Спасибо, – Гезеш закинул алебарду на плечо и зашагал по тропе.
– Эй! – Здоровяк суетливо спустился с крыльца. – А туда нельзя.
Лесоруб замер, медленно повернулся.
– Это почему? – опередил его вопрос Мудрый.
Бородач смутился:
– Дык, запрет Стража. Рыцари вмиг на копье посадят.
– А ты кто?
– Круд я, – осклабился мужчина, – сторож. Смотрю, чтоб никто не прошел. Предупреждаю.
– Один? – деловито поинтересовался Паблар.
Круд нахмурился, почувствовал намек убийцы:
– Мое дело сторона, мне Страж платит, чтоб я народ на дороге назад поворачивал. Иначе их без вопросов на эти... На копья, короче.
– Нам очень надо, – произнес Мудрый. Глаза на изможденном лице полыхнули сумасшедшим огнем.
– Да зачем? – удивился Круд. – Все одно, либо гдаффы сожрут, либо рыцари убьют, либо Стена сожжет.
– Нам в Счастливые Земли надо, – упрямо продолжил седовласый.
– Понятно, что туда. Все туда идут, да только никто не прошел. Я ж говорю: либо гдаффы, либо Стена, вот. Народу померло – ужас как много. – Круд оглядел Искателей. – А при позапрошлом стороже Стражи запретил проходить. Мол, все равно крышка.
– Нам надо! – упорствовал Мудрый.
– Убьют, – пожал плечами Круд.
– Посмотрим еще, – неприятно улыбнулся Друз.
– А че смотреть? Любой рыцарь вас всех и положит. А если не один будет – так уж и точно, как пить дать. Или гдаффы, того... Скушают.
Искатели растерянно переглянулись. Всё зря?
– Послушай, приятель, мы с Ан-Да-Геда сюда идем! Неужели ничего нельзя сделать? – возмутился Гезеш.
– Почему нельзя? Можно! – неожиданно улыбнулся Круд. – А Ан-Да-Хед это где?
– Что? – Гезеш напрягся.
